«Ну вот, сам того не ожидая, я оказался вовлечен в разговор о серьезных отношениях, — подумал Михаил. — Да, меня интересует секс, и что в этом ненормального?»

До встречи с Кэт испытывать желание для него было естественным, с ней же это превратилось в тяжелый тест на выносливость.

— Меня использовала не одна женщина, — с цинизмом заметил Михаил. — Ради секса, ради денег, ради связей. Это происходит с каждым. Невозможно уберечься от подобного опыта — с этим нельзя не столкнуться хотя бы раз. От такого опыта убегают только трусы.

— Я не трусиха! — тут же вскинулась Кэт.

Теперь она пребывала в растерянности от признания Михаила. Его тоже использовали? Но сейчас Кэт больше занимало другое. Вдруг Михаил поймет из ее слов, что ей нужно от него больше, чем секс?

Когда Михаил неожиданно поднял ее на руки, Кэт пораженно вскрикнула.

— Отпусти меня! — сдавленно произнесла она.

— Не раньше, чем ты расскажешь мне о своей матери и о том, почему она определяет твой выбор. Насколько я могу судить, неосознанный выбор.

Михаил посадил Кэт на кожаный диванчик, обратился к Стасу, произнес несколько слов и присел напротив нее.

На Кэт нахлынули воспоминания ее несчастливого детства. Девушка пыталась справиться с ними, когда принесли напитки.

Кэт любила свою мать безответной любовью, пока не повзрослела, чтобы понять, что ей никогда не добиться материнской любви, так как Одетт любила только саму себя. Став взрослой, Кэт старалась не думать о матери, потому что безразличие матери причиняло ей боль. Она давно закопала несчастливые воспоминания своего детства, чтобы жить собственной жизнью, и только сейчас, под влиянием Михаила, была вынуждена вновь достать их из закоулков своей памяти.

«Как странно, — подумала Кэт, — сейчас все произошедшее видится в несколько другом свете. Может, мне стоило подумать об этом раньше? Может, тогда и моя жизнь сложилась бы иначе?»

Михаил смотрел на выразительное лицо Кэт и видел всю гамму переживаемых ею чувств.

— Кэт? — негромко позвал он. — С тобой все в порядке?

Кэт пригубила пересохшими губами шампанское. Ей было необходимо держать что-нибудь в своих дрожащих руках.

— Мою мать зовут Одетт. Она добилась успеха как модель, но в общении была не самым приятным человеком. Наша жизнь была неустроенной, так как ее многочисленные отношения с мужчинами всегда распадались. Она вышла замуж за моего отца ради безопасности, которую он мог ей предложить, а затем развелась, когда ее карьера пошла вверх. Одетт оставила отца близнецов, когда тот стал банкротом, но, сколько я себя помню, мама всегда только и говорила о том, как мужчины подводят и используют ее. Сейчас я понимаю — это она использовала других людей.

— Хорошо, только какое отношение все это имеет к нам? — осведомился Михаил.

— Никакое, — солгала Кэт.

Она была слишком ошеломлена пришедшей ей только что в голову мыслью: все эти годы она действительно позволяла своей матери влиять на ее жизнь! Одетт была убеждена, что все отношения между мужчиной и женщиной исчерпываются сексом. Теперь-то Кэт поняла: если кого-то и стоило винить в краткости отношений матери с мужчинами, то только ее саму.

— Ты все еще хочешь вернуться домой?

Кэт взглянула в неправдоподобно красивые глаза Михаила. Неужели он разобрался в ее душе лучше, чем она сама? «Нет, это просто случайность», — убедила себя Кэт. Но если говорить начистоту, сейчас ей вовсе не хотелось оставлять его. Неужели она еще и трусиха? «Нет-нет», — поспешила отогнать от себя эти мысли Кэт. Она просто испугалась, поэтому в ее действиях появился сумбур. Честность вынуждала ее признать — ей хотелось остаться с Михаилом.

— Нет, наверное, нет, — признала она и осушила свой бокал.

— Давай вернемся на «Ястреб», — сказал Михаил.

Положив руку поверх ее руки, он заставил ее подняться.

— А как же гости?

— Они слишком заняты собой, чтобы заметить мое отсутствие.

Михаил подался ближе к ней, и Кэт вздохнула знакомый запах. Волна желания пробежала по ее телу.

Кэт покраснела, когда заметила — Стас бросил взгляд на их переплетенные руки. Но ведь для Михаила в этом жесте нет ничего романтического. В одном ей не приходилось сомневаться: он не сделает ничего против ее воли.

Если бы только она могла так легко относиться к сексу, как он!

На яхте Михаил открыл дверь ее каюты. Кэт уже едва дышала от охватившего ее волнения и предвкушения, но он снова удивил ее, пройдя к смежной каюте.

— Время решать, милая моя, — сказал Михаил. — Если наконец решишься, ты знаешь, где меня найти.

Прислонившись к двери своей каюты, Кэт с трудом перевела дух. Сердце гулко билось в ее груди. «Ты знаешь, где меня найти».