Шрифт:
– Ну, не все – попробовал защититься я – А Таша?
– Что – Таша? – вскинулся Валяев, завертев головой.
Ух ты. Сдается мне, выводами своими Азов ни с кем не поделился. А я только что его сдал. Может – он прав? Может, я только все порчу и всякий раз лезу не туда, куда надо? Так не со зла же?
– Выпьем – Азов поднял рюмку – Результат – нулевой, но мы не в минусе при любых раскладах. Тело одного из этих веселых ребят у нас, а значит, что-то мы да узнаем. Киф – жив и здесь. И еще – мы все должны помнить, что среди нас врагов нет, мы все служим одному делу, просто каждый по-своему и каждый на своем месте. Не будем доставлять радость тем, кто засмеется, узнав о разладе в наших рядах.
– Не знал, Палыч, что ты тосты говорить мастак – удивился Валяев – Вот же.
– Я много чего умею делать, просто не афиширую это – Азов довольно хмыкнул – Все, прозт!
И мы выпили.
Водка ударила в виски, обожгла горло, потолкалась в пустых кишках, и тут принесли закуски и солянку. И бульон, который на фоне янтарно-оранжевой ароматной красотищи смотрелся как бедный родственник.
– На – пододвинул мне свою порцию Азов – Только лимон не ешь, его тебе нельзя.
Из дальнейшей беседы я выпал, активно работая ложкой. Солянка, к слову, была отменная.
– Да налей ты ему еще рюмку – добродушно сказал Валяев, пододвигая мне свою порцию – Под такое дело – и не выпить?
– Поздно – Зимин опрокинул в себя недопитую водку (он опустошал рюмку не целиком, он отпивал из нее только половину) – Надо было сразу вторую наливать.
В двери столовой вошли двое – Жанна Николаевна и Вика.
– Да вон они – доктор показала на меня, Вика несомненно зафиксировала и графин, и рюмки, и, возможно даже солянку – Как я и предполагала – выпивают и закусывают. Чего от них еще ждать?
– Так – Азов подмигнул Валяеву, встал, раскинув руки и полностью закрыл его своей спиной – Викуля, ты как всегда прекрасна!
Валяев с ловкостью иллюзиониста заменил тарелку с солянкой, которая стояла передо мной, на бульон и спрятал в рукав одну рюмку.
– Илья Павлович, ну ведь нельзя же ему! – страдальчески произнесла Вика – Какого лешего? Он же только-только на ноги встал. И да, это отдельный вопрос – почему он здесь? Что вообще происходит? Мне на ресепшн отдали какой-то жуткий ватник, сказали, что мне стыдно должно быть. Киф, ты что, своим ходом приехал? Зачем? Мы же завтра…
– Стоп-стоп – выставил перед собой ладони Азов – Очень много вопросов сразу. Давай последовательно. Почему он здесь? Отвечаю – соскучился наш друг по тебе, да так, что, плюнув на все, похитил ватник у местного сторожа Кузьмы Петровича, да и рванул в столицу, к тебе под бочок. Я все верно говорю, Киф?
– Да, безусловно – зачерпнул я бульона. Он и остывший был ничего, перчененький.
– Бесспорно, поступок безрассудный – присоединился к беседе Зимин, поправив галстук – Но страсть, Виктория Евгеньевна, страсть! Она повелевает мужчинами, она толкает их на истинные безумства!
– Вот помню я в юности, неподалеку от славного города Лилль такое творил! – замахал руками Валяев – Там, правда, дело не только в женщине было, там и вино свое благотворное влияние оказало, но это не так и важно. Ох, помню…
– Это все прекрасно – перебила его Вика – Но почему было бы не позвонить? Где, кстати твой телефон, я тебя набирала раз сто, не меньше, а ты недоступен. Я и в больницу звонила – там какую-то чепуху несут. А если бы шов разошелся? А если бы кровотечение началось? Народ сейчас равнодушный, помирать будешь – не подойдут.
– Что да – то да – иезуитски закивал Зимин – Такое знаете ли безразличие к ближнему своему в людях появилось. Беда, беда.
– Они вам просто заговаривают зубы – сказала Жанна Николаевна – Виктория, кого вы слушаете?
– Мы? – трое функционеров «Радеона» начали переглядываться и делать непонимающие лица – Мы просто решили накормить нашего друга, нашего старину Кифа, который снова с нами…
– И идет спать – уточнила Жанна Николаевна.
– Домой – подытожила Вика.
– Мне нельзя домой – я поймал ложкой яйцо – Мне вон, доктор запретила. Сказала, что болеть надо в положенных для этого местах.
– Можно – милостиво кивнула головой Жанна Николаевна – Виктория внушает мне доверие, к тому же я живу в этом здании и, если что, очень быстро буду у вас.
– Ловко – засмеялся Валяев – Нет, господа, ей я палец в рот не положил бы!
– Бэ – сморщилась Вика – Я бы и сама тебе этого сделать не дала! Кто знает, куда ты его до этого пихал?
Нет, я неправильно живу, я плохо мимикрирую и скверно приспосабливаюсь. Четыре месяца назад Валяев для Вики был небожитель и одна его фамилия, как, впрочем, и фамилия Зимина, наводила на нее священный ужас. А сейчас – общение на «ты» и достаточно демократичные шутки. Вот так надо, а не как я.