— Поздно не будет, — заверил его Дортмундер.

— Так и сделаю, — согласился Келп, а Джон кивнул.

Однако затем голова Дортмундера не остановилась, а продолжила замедленное движение вверх-вниз, вверх-вниз. Келп понял, что контакт между Джоном Дортмундером и планетой Земля подошел к концу, поэтому он попрощался с остальными и ушел. Спустя шесть минут Дортмундер снова вмешался в общий разговор:

— Стэн.

— Здесь, — объявил Стэн.

Дортмундер сверлил его пронизывающим взглядом:

— Кто у нас хороший водила?

Стэн немного разозлился:

— Что за вопрос? Я отличный водитель!

— А еще кто?

— Моя мама!

Дортмундер сделал легкий вздох и сказал:

— Можно ли найти еще водителей кроме твоей семьи?

— Сколько тебе нужно?

— Пока не знаю. Кого советуешь?

— Ну, как всегда Фрэд Лартц, — ответил Стэн и нехотя добавил: — Неплохой водитель.

— Я думал, он завязал с вождением.

— Ну, в общем-то, да, — начал Стэн, — но теперь за рулем его жена Тельма, а он просто сидит с ней рядом.

— Значит, Тельма — водитель.

— В какой-то степени. Я думал, что ты в курсе.

— Как она в деле?

— Хороша, Джон, — ответил Стэн удивленно. — Она даже лучше Фреда.

— Никогда не понимал, — вмешалась Мэй, — почему Фред Лартц бросил вождение.

Стэн начал объяснять, как только в глазах Дортмундера снова показался отсутствующий взгляд:

— Произошло это, кажется, после несчастного случая. Он возвращался со свадьбы, на Van Wyck Road спутал поворот, заехал в аэропорт Кеннеди, не убрался с семнадцатой взлетной дорожки и врезался в самолет Восточных Авиалиний из Майями. После этого ему пришлось провести в больнице несколько месяцев. Он больше не доверяет своей интуиции, поэтому теперь за рулем Тельма, а Фрэд сидит возле нее.

Дортмундер пришел в себя:

— Можем взять его?

— Ее, — поправила Мэй.

— Хорошо, их обоих.

— Когда? — спросил Стэн.

И это был вопрос, да? Дортмундер выглядел как человек в предсмертном состоянии, как будто его нижнюю часть тела оперировали без анестезии. Наконец он выдавил из себя:

— Сегодня, хмммммм…

— Среда, — напомнила Мэй.

Дортмундер вздохнул. Теперь он выглядел так, словно у него разболелся зуб, возможен даже абсцесс:

— Суббота, — решил он.

Все очень удивились.

— Так быстро? — спросила Мэй.

— Суббота — это не быстро, — сказал Дортмундер. — У них есть, э-э… Среда закончилась или только начинается?

— Что начинается? — на секунду задумалась Мэй. — День уже закончился.

— Значит, они опережают нас на полных два дня, — сказал Дортмундер. — Съемка, измерения, рентген — все эти и другие процедуры. Было бы лучше, если бы мы сделали все завтра, но увы.

— Ты прав, — согласился Тини.

— Итак, ты хочешь, чтобы я связался с Фредом? — переспросил Стэн.

— С Тельмой, — поправила Мэй.

— Хорошо, — сказал Стэн, — на какой день договориться с Фредом?

— Навести их, — Дортмундер неожиданно проявил такт, — и спроси, смогут ли они, например, в субботу.

Стэн откинулся на спинку кресла и, думая, что Джон закончил, продолжил рассказ:

— И они поехали в Бронкс, чтобы убраться с аэропорта. На Брукнере дорожные работы, поэтому думаю, что поеду через Генри Хадсон. Это платная через Spuyten Duyvil, но оно того стоит.

— Хорошо, — отозвался Дортмундер. Он смотрел на Стэна и ждал, когда тот закончит.

Стэн лениво допил пиво и огляделся:

— Кто-нибудь составит компанию?

— Ты уходишь один, — ответил Дортмундер.

— Я вернусь, — решил Стэн, поднялся и вышел.

— Дортмундер, не посылай меня никуда, — попросил Тини.

Но тот его не слышал. Вместо этого, проливая пиво, он пошарил рукой под своим кресло и извлек оттуда журнальные вырезки, позаимствованные у Зары Котор. («Тини принесет их обратно», — решила она, — «когда ты закончишь».) Сдвинув бровь при виде симпатичной цветной картинки интерьера замка Гарри Хочмена, он произнес:

— Позвони им и узнай, есть ли у них какие-нибудь шпионские штучки.

Единственными, кто остался в комнате были Тини и Мэй, но и так было понятно, что Дортмундер говорит с Тини. Последний расселся на диване, а телефон стоял на краешке стола, в опасной близости от его правого локтя. Тини поднял трубку и, нажимая на кнопки, сказал:

— Если бы у тебя был телефон с повторным набором, было бы проще.

— Сейчас ты своим разговором напоминаешь Энди, — ответил Дортмундер.

Долгое время из трубки доносились лишь гудки, а потом Тини начал говорить и они услышали: