– Старый друг, - с полной серьезностью в глазах ответил Егор. Лаврова укоризненно посмотрела на мужа, зная, что он врет, - Чего? – Егор уже смотрел куда-то в зал, но ждал ответа.

– Ты врешь...друзья так не разговаривают.

– У тебя разве много друзей, чтобы знать, как они разговаривают? Я что-то не заметил, никого, кроме твоей подружки, которая целый вечер составляет Коршуну компанию в распитии коньяка.

Рита склонила голову, роняя печальную улыбку.

– Я...,- посмотрела на Егора, — я не требую, к себе особого отношения, но ты можешь хотя бы не грубить,- слова повисли в воздухе

Между ними вновь наступила тишина. Она была оглушительной. Рита с шумом выдохнула, потянулась за бокалом, именно в этот момент Егор заговорил вновь.

– Романов мой старый знакомый, сейчас уже конкурент.

– Он не очень хороший человек, да?

– Не очень, слишком мягко, чтобы, быть правдой.

Рита закаменела, чувствуя подступающую тошноту. Мозг сразу выдал его слова. От этого ей стало еще больше не по себе.

– Когда можно будет уехать?

Марков молчал. Прошло почти пять минут, прежде чем он очнулся от транса.

– Сейчас,- встал со стула, - мы уезжаем сейчас.

Рита подскочила за ним, оглядываясь по сторонам. Егор продолжал смотреть куда-то в толпу. Но она не могла понять, что происходит. Почувствовав захват, девушка послушно пошагала следом.

У выхода их догнал мужчина. Он спотыкался, его дыхание сбилось, нарушая речь.

– Егор, - окликнул незнакомец, расстегивая пальто, - я хотел поздравить...

– Я тебя не звал, - Марков с силой сжал Риткину руку. Девушка сморщилась, пытаясь вырвать ее, но это оказалось бесполезным.

– Егор, я понимаю, что виноват, но...

– Охрана, - скомандовал, смотря мужчине прямо в глаза. Он не видел в них ничего, или не хотел видеть. Он считал, что там была пустота,- выведите господина Раевского из зала,- голос был стальным. Рита слышала много интонаций в свой адрес, но это. Это было нечто. Лютая ненависть, покрытая корой призрения.

За спиной мужчины выросла охрана. Они любезно проводили его к выходу. Все это время Егор смотрел им вслед, смакуя каждую секунду унижения этого мужчины. Прищуренный взгляд, слегка дерзкая улыбка, от которой за километры веяло холодом. Рита стояла неподвижно. Она не чувствовала боли. Ее поглотил страх, жуткий, необъятный страх.

Как только двери закрылись, наступило облегчение, и оно не принадлежало ей. Рита почувствовала, как расслабился Егор. Она заворожено наблюдала, как меняется выражение его лица, ненависть сменяется каким-то отчаянием, но он быстро берет себя в руки.

– Если ты хоть слово скажешь моей матери о том, что сейчас произошло...,- его голос груб, к нему вновь возвращается этот металлический оттенок.

– Я ничего не скажу, — Марго ежится. Она до сих пор не понимает, что произошло, но то, что этот человек действует на Маркова, словно красная тряпка на быка, нет никаких сомнений.

Из-за дверей выплывает изрядно пьяный Руслан. Завидев его, Марков ухмыляется.

– Нет, пожалуй, дом отменяется, - сообщает Рите. Сейчас ему нужен алкоголь, сейчас он ему жизненно необходим.

– Там все только вас и ждут, - заикается Руслан, - танец же! – Рита хохочет, не в силах сдержать смех. Пьяный Коршун, это то еще зрелище. Егор закатывает глаза, уволакивая ее за собой.

В зале сменяется музыка, она чувствует эту близость, чувствует Егора. Его стальную хватку, аромат духов и эту раздражающую долю насмешки.

Музыка становится громче, они начинают двигаться, и Марго сразу задается вопросом, о том, где он научился так хорошо танцевать, в то время, как она, кажется уже успела отдавить ему ноги.

– Еще несколько минут, и я буду носить ласты, - он говорит это серьезно, но в глазах пляшут черти.

– Тебе пойдет, - девушка мило улыбается, отстраняясь от мужчины на вытянутую руку, а после с силой возвращается обратно, полностью прижимаясь к нему.

Марков перехватывает ее руку, стараясь не переборщить с силой захвата. Он кожей чувствует ее волнение. Вообще, о том, что Ритка - это открытая книга, понятно с первого взгляда. По ней сразу можно определить, в каком она состоянии духа, когда ей страшно, весело или же грустно. По ней можно прочесть все. Сколько они знакомы, неделю? Но с первой их встречи у нее все на лице написано.