– Ты нравишься моей матери, - вдруг неожиданно говорит он. Рита молчит, ожидая дальнейших размышлений, - она слишком ЗА тебя, - краешки губ ползут вверх, и Егор запрокидывает голову кверху.

– Она очень хорошая, - отвечает Рита, ухватывая Ирину глазами.

– Именно, - музыка нарастает. Егор с силой прижимает Лаврову к себе. Его губы застывают прямо над ее ухом, - если ты хоть раз попробуешь манипулировать мной с помощью моей матери, заставляя ее нервничать, - музыка останавливается, как и рука Егора на щеке Марго, - не думай, что я спущу тебе это с рук. Моя мать, единственный человек, мнение которого, что-то для меня значит, и я очень не люблю, когда она волнуется. Запомни, в этой ситуации, виновницей всегда будешь ты, - Рита сглотнула, ложа свою руку поверх руки Егора. Зал взорвался аплодисментами.

Мужчина молниеносно перевел взгляд на ее жест удивляясь.

– Твоя мама, единственный человек, который относится ко мне по-человечески, поэтому, чтобы ты себе там не придумал, я скорее позволю тебе себя придушить, нежели захочу ей навредить. Ясно? – бросила с вызовом.

Егор отнял свою руку вместе с Риткиной. Медленно проводя по ее талии.

– Я тебя услышал.

***

Люди хлопают в ладоши. Каждый в зале понимает, что молодожены не сидят с гостями вечность. Все и всегда уезжают. Брачная ночь. После каждой свадьбы, впереди влюбленных ждет первая брачная ночь. И эта свадьба, как и тысячи других не может быть исключением. Гости уже пьяны, подарки подарены, речи сказаны, все соблюдено, как и должно быть.

Рита мило улыбается, прощаясь с Ириной Александровной. Она влюблена в эту женщину, в ее доброту, милосердие. И как у такой прекрасной женщины мог воспитаться такой сын. Думает она, в промежутках между речами, поглядывая на Егора, который усаживает Коршуна в машину.

– До свидания, милая,- женщина целует Риту в щеку, сжимая в объятиях.

– Досвидос, - урчит Савелий, накидывая на мать шубу.

Рита расплывается в улыбке. Ей по душе этот парень, столько энергии и позитива. Она не видела еще ни в одном человеке.

Пока они с Ириной любезничают, Коршун ржет подобно лошади.

– Ты же обещал не пить, - бурчит Егор.

– Я и не пил, - Руслан моргает. Его выражение лица становится более чем глупым, - а вот Луизка, ууу, - задирает голову к небу, - о, Медведица. большая или маленькая? – рассуждает икая.

– Астроном хренов.

– Я не астроном, я...,- поднимает указательный палец, ступая назад и натыкаясь на Риту, - пардон, - пропускает девушку в машину,- шеф, трогай, - орет Коршун, хлопая ладонью по крыше.

– Какой трогай, - негодует Егор,- в машину сядь, до дома тебя довезем.

Лимузин трогается с места, едва Рита успевает захлопнуть дверь.

Все дорогу Руслан болтает ерунду. Рита чувствует, как гудят ноги. У дома, она снимает фату, укладывая ее на сидение.

Машина тормозит у самого входа в подъезд Руслана. Лаврова хватается за ручку, как на весь салон раздается храп. Марго вздрагивает от неожиданности, и озадаченно смотрит на Егора.

– Я лишу его всех премий, которые только существуют, - шепчет он, вытаскивая Руса из машины.

– Егор Сергеевич, Вам помочь?

– Давай Слава, выкинь его где-нибудь, - водитель улыбается.

Спустя двадцать минут, машина вновь трогается с места. За это время Егор успевает выпить пару бокалов коньяка.

У дома он выходит из машины, обходит вокруг подавая Рите руку. Девушка теряется, но на жест отвечает. Слегка улыбается.

– Завтра к обеду приезжай, - приказывает водителю уже у входа в дом.

Рита шагает следом. Ей неловко, Егор до сих пор не отпустил ее руку. Он открывает тяжелые подъездные двери пропуская ее вперед, едва касается спины. Марго крепче сжимает фату. Это не страх, просто, все слишком непривычно, ново. В голове до сих пор не улеглась мысль о том, что теперь она замужем. Хоть и не по-настоящему, но замужем. В лифте она пристально смотрит на кольцо, Егор улавливает ее взгляд, наблюдает, но она кажется этого не замечает, лишь обреченно вздыхая.

В квартире Марков снимает пальто, проходя вглубь гостиной. Рита озирается по сторонам, по спине пробегает волна мурашек. Девушка вешает шубу в шкаф. Сейчас ее движения плавные. Она чаятельно расправляет вещь на вешалке, приглаживает торчащий мех, медленно задвигает дверцу шкафа. В зеркале обреченно проводит пальцами по лицу.

Бледная кожа краснее от этих касаний. Пухлые губы едва приоткрыты, еще немного и из них вырвется крик отчаяния и безысходности. Вытаскивает из волос шпильки, рыжая копна падает на спину. Кожа головы покрывается легкими покалываниями. Шагает внутрь.