— А что у нас с ней? — не понял тот.

— Да смотрю, вы не разговариваете даже.

— О чем нам разговаривать, кроме как по делу? — упорно прикидывался непонимающим Фальк.

— Дурдом, а я в нем главный, — сказал начальник в потолок — Иди, не тяни время. И Литту ко мне пришли, я ее тоже… проинструктирую.

— Хорошо, — кивнул Фальк и вышел.

Неужто со стороны так заметно, что они с Литтой и впрямь перестали общаться больше необходимого? Еще не хватало…

Он поймал первого попавшегося курсанта и велел:

— Найди Литту и скажи, чтобы срочно явилась к начальнику. И пусть не отмазывается, к нам инспекция едет.

— Бегу! — отозвался мальчишка и унесся со всех ног.

Фальк же пошел к самолетам: нужно было проверить все от и до, чтобы не опозориться. А машины-то сплошь потрепанные, заслуженные, многие восстановленные, с неродными запчастями, словом, катастрофа…

— Ты что такой нерадостный? — спросила Литта, по обыкновению неслышно подкравшись сзади, когда он осматривал очередного «стрижа».

— Догадайся.

— Боишься, что тебя совсем спишут?

— И меня, и мой летучий чемодан, по твоему меткому определению.

— Вряд ли, пилотов не хватает, инструкторов хороших тоже. — Литта заглянула ему через плечо. — Дай подержу, тебе ж неудобно… Вот тут еще подтяни, ага! Да отодвинься ты! Куда лезешь, у тебя туда рука не пройдет, а пройдет, так застрянет, как мы тебя выпиливать будем?

— Руку отрежем, — мрачно ответил он. — Одной больше, одной меньше, я уже привык…

— Фальк, я тебе сейчас врежу монтировкой, — совершенно серьезно сказала девушка, поигрывая инструментом. — Вразумления ради. Если ты с таким настроением появишься перед инспекцией, ничего хорошего точно не жди! Ты ж не взлетишь, а взлетишь, так будешь ковыряться, как салага последний! Что ты переживаешь раньше времени? Как говорит моя прабабушка, — добавила она, от души долбанув помянутой монтировкой по неподатливой детали, — проблемы надо решать по мере их поступления. Ну-ка, глянь…

— Порядок, — оценил он.

— Тогда пошли мыться и обедать. И хватит от меня шарахаться, не буду я к тебе приставать, раз ты такой… — Литта не стала уточнять, какой именно, но Фальк понял. — Уже вон начальник спрашивает, что за кошка между нами пробежала!

— Тебя тоже спросил? — хмыкнул он, оттирая руки ветошью.

— Ну так… А потом еще велел не хулиганить перед инспекцией. Когда это я хулиганила? — с искренним удивлением поинтересовалась она.

— Всегда, — честно ответил он. — Пойдем.

— Мир? — серьезно спросила Литта. — Я не шучу, Фальк. Мне без тебя скучно. Если ты ни о чем этаком и думать не желаешь, пусть его, дело твое, но такого друга и такого ведущего я терять не хочу.

Фальк не сразу нашелся с ответом.

— Мир, — сказал он наконец. — Мне тоже без тебя скучно. Хотя ведомая ты отвратительная.

— Тогда пошли жрать, — весело ответила она и хлопнула его по спине, наверняка оставив масляное пятно на комбинезоне. Спасибо, не монтировкой огрела, с нее бы сталось… — Я голодная!

— Ты всегда голодная. Не понимаю, как в тебя столько влезает и куда девается, — буркнул он.

— Обмен веществ ускоренный. Знаешь такие умные слова?

— Литта, я тебя все-таки когда-нибудь убью, — искренне сказал Фальк.

— Ты сперва меня догони на своем чемодане, а там еще посмотрим, кто кого! — фыркнула она. Они как раз подошли к столовой. — Привет, Джен! Мне как обычно!

— Ага, тройную порцию, — заворчала повариха. — Ешь, прорва ненасытная, все равно не в коня корм!

Фальк не выдержал и засмеялся.

— Ну вот, полегчало, — проговорила Литта с набитым ртом. — И слава всему сущему… А то когда на сердце тяжело, не взлетишь, так бабушка говорит.

— Твои родственники — просто кладезь афоризмов.

— А то! — Она вдруг прислушалась и начала запихивать в себя еду вдвое быстрее. — Фальк, давай поскорее, не копайся! Летят уже.

— Ты откуда знаешь?

— Слышу. Большой самолет, новый, наверно.

Инспекция появилась через полчаса, и Фальк только диву дался, как это Литта ухитрилась расслышать гул моторов с такого расстояния. Хорошо, они уже успели закончить с проверкой учебных машин, пропесочить курсантов и удостовериться, что везде прибрано. Ну и обед переварить, ясное дело.

— Ну и полоса у вас, — брезгливо произнес глава инспекции в полковничьем чине, едва ступив наземь с борта новехонького транспортника. На его фоне «стрижи» выглядели жалко, и Фалька снова кольнуло неприятное предчувствие. — Сплошные кочки и ухабы!

— Так ведь степь, одних сурчиных нор тут сколько, — развел руками начальник. — А техники, чтоб забетонировать полосу, нам не дают, мол, так обойдетесь… Может, поспособствуете?

Он косился на Фалька с Литтой: те стояли рядом и, похоже, помирились, потому что не смотрели демонстративно в разные стороны, а о чем-то тихо переговаривались. Ну и славно, а то хуже нет разлада в команде…