— А вон оно че, Михалыч — ухмыльнулся орк — Ну что пошли трупы потрошить?

— Не, я пас, панцирь мне не одеть, шлем я думаю тоже, а топор я вряд ли и подниму то, а с этих задохликов наверняка хлам один! Ты мне лучше золотом отсыпь по себестоимости и копий или топоров их с десяток подкинь!

— Хорошо, подожди! Быдыщ умчался обшаривать трупы, в чем у него чувствовалась сноровка.

Вернувшись он попросил:

— Открой обмен, добрый дедушка Мороз тебе подарочки принес!

— Ок!

Мне упало 10 паршивеньких топоров рагертов и 5000 золотом!

— Что так много?

— Твоя законная половина. Доспех элитка, топор тоже. Его я себе возьму. Чудо как хорош, из черной бронзы, такие только в предгорьях и делаются этими уродцами. С железом они не больно знакомы!

Топор тщательно очищенный от грязи и крови, занял свое место на поясе орка.

— Цена честная, ты не сомневайся, может больше выйдет, не знаю, элитки каждая по пять-семь тысяч стоят, да и шлем колоритный наверняка кого-нибудь покупателя заинтересует, но у меня все равно больше нет с собою, надо в гостиницу идти.

— Не в моих правилах в друзьях сомневаться и деньги делить, мне этих за глаза хватит.

— Ну что погнали тогда?! Теперь быстро дойдем, и не далеко и эти паршивцы всю живность распугали.

Мы без особых проблем за полчаса неспешного бега добрались до села с названием «Ноккельм».

— Ну что может по домам? Завтра продолжим? — опередил меня Быдыщ.

— Ага! Мы обнялись на прощание и расстались. Я нажал «логаут» и вывалился из капсулы.

Эх-ма кутерьма! Все тело затекло! Эти дни в погоне за уровнями и опьяненный новыми возможностями я покидал игру только чтоб поесть и поспать и снова погружался в Алинор.

Приняв душ, почувствовал себя намного бодрее, спустился на первый этаж и разогрел себе вчерашнего рататуя. Поев сам, сварил куриных горлышек и перловой каши псу, отправился его покормить.

Локи, трех годовалый кобель московской сторожевой овчарки встретил меня щенячьим визгом и попыткой залезть ко мне на руки, но увы я и двумя то эту 60-ти килограммовую тушу с трудом поднимал, а одной уж и подавно.

Потрепав его по холке и почесав за ухом, мы отправились гулять. Уйдя из следствия, я перебрался в родительский дом, в деревню, перестроив его. Меня всегда тянуло в глушь и тишь села. Продав недвижимость в городе, и добавив кое-какие сбережения, я вложился в одно перспективное дельце, приносящее мне стабильный доход и позволяющее почти ни в чем не отказывать.

Делами фирмы занимался младший брат, живущий иногда вместе с семьёй у меня, благо до города было не далеко, а дела он мог решать и дистанционно, изредка привлекая меня для решения спорных вопросов и советов.

Руку я потерял во время одной из таких прогулок с псом, и если бы не он гнить бы мне в земле. Я снова ласково потрепал своего самого преданного друга между ушей, от чего тот довольно заурчал. Тогда топор местного алкаша раздробил мне все правое предплечье, и руку пришлось отнимать, а их с товарищем хоронить. Со службы пришлось уйти, но хоть не сел, долго боялся, что пса отравят, но мстить за эту парочку, было видать некому.

Хоть я провел в игре всего пару дней, но мне там не хватало такого вот мохнатого молчаливого и преданного друга. Надо будет при оказании обязательно разузнать все про петов.

Пока я предавался размышлениям, у меня зазвонил телефон, номер был не знаком. Не люблю я отвечать на такие входящие, но любопытство пересилило.

— Шалом, лысый черт! — раздалось на том конце — голос был смутно знаком.

— У нас в роду все мужчины такие к 30 годам — ге — не — ти — че-ско-е по слогам протянул я — Извини не узнал кто это?

— Валек это, друг твой старинный. А что до лысин — один твой дед чего стоил, лысина как попка младенца, да и лютый был старикан. Как вспомню его — сразу ремень перед глазами мелькает и задница свербит.

— На счет друга я бы поспорил! Богатым будешь, не хрен воровать было фруктово-ягодное добро! По делом! Какими судьбами и кто номер дал?

— Булат дал, да ладно, ты брось! С глаз долой из сердца вон, как говорится!

— Да, в моем случае глаз долой, спасибо что напомнил. Что хотел-то? А то как тогда кинул, что-то ты не появлялся?

— Ну да, не удачно вышло, извини! — Не стал больно-то оправдываться Валентин.

— Говори, что хотел у меня времени мало!

— Ну так, собираются все наши, пять лет как никак прошло.

— Уже? Когда и где?

— В Нижнем. В эту субботу, на Щелчке! Ну так как, будешь?

— Постараюсь, пока! — сказал я и, не слушая ответа этого хлыща кинул трубку.

Воспоминания испортили настроение, и мы с Локи отправились домой. Я еще немного помотался по саду, позанимался с железом и завалился спать.