– Давай, давай...
– торопила мужа Татьяна.

– Миха! Подъём!
– разбудила старшего сына.

– Ещё спать, да спать!

– Спи на нашей кровати, а заодно следи за Алешкой!
– Наставляла сына, а сама складывала в большую хозяйственную сумку пакеты с семенами огурцов, помидор, редиски, астр...

– Мне же в школу!

– Ты уезжаешь в половине девятого, к этому времени я вернусь. Не проспи. Чтобы к моему приходу одетый у дверей ждал!
– И выходя: - с Алёшки глаз не спускай, вроде рано ещё, но вдруг проснётся?

И почти бегом заторопилась к заводской проходной. Там у входа пустовал металлический прилавок, с которого до перестройки продавали газеты и журналы. Татьяна разложила на нём яркий веер пакетиков, и даже ждать не пришлось. Поток людей с трамвая, шедших мимо неё в заводскую проходную скупил в мгновение ока дешевые и явно сортовые семена. А срок? Так ведь весна на носу, как раз успевают! Теперь вместо пакетов семян сумка была полна трешками и рублями. Деньги мелкие, ведь семена дешёвые, сумка оказалась битком набита денежными купюрами. Люди едут со смены и на смену. В автобусах и трамвае - толкучка. Куда там с сумкой денег? И она побежала ближним путём. Главное быстрей и чтоб никто не обратил внимания. Да и кто подумает, что старая хозяйственная сумка в руках у женщины ранним утром битком набита деньгами? Так и успокаивала себя, торопясь домой.

На третий день, когда стремившийся к проходной поток людей стал иссякать, начала собираться домой. Михе в школу, Алешка теперь должен проснуться.

– Нет, я бы никогда ни унизилась... до торговки.
– Рядом с лотком стояла давняя знакомая Юлия.

– Здравствуй, - кивнула Татьяна, собирая в сумку оставшиеся пакетики.
– Хм, то-то я смотрю, продавцы в магазинах такие все униженные стоят!

– Привет. Ну, в магазине - это одно, а тут чистый базар!

– А на базаре, что не люди?

– Ну, с двумя дипломами... торговать у проходной, я бы постеснялась.

– Честно говоря, стесняюсь. Но у нас двое детей. А сейчас такое время, что за любую работу приходится браться. А дипломы? Выкрутимся из этой передряги - оглянулась по сторонам, - пригодятся. Россия никуда не денется.

– Ладно, было бы с чего от важности раздуваться? А муж твой, что?

– Тоже работает. Свою фирму открыл. Пашет с утра до ночи. Этот тоже с его помощью, - кивнула на товавр.
– Так что я вот, помаленьку, на подхвате, - не желая спорить и поскорее торопясь домой, улыбнулась Татьяна.
– Вы-то как?
– вежливо поинтересовалась.

– Как без копейки жить? На колбасу в магазин посмотреть хожу. Дорого. Заказов нет, цех стоит. На минималке сидим.

– Так давай попрошу Мишу, и тебе семян привезёт? Пока переживёте, а там видно будет.

– Нет. Это унизительно, - и так повела головой, что Татьяна не вытерпела:

– А, по-моему, стыдно молодой и здоровой женщине плохо кормить своих детей, прикрываясь гипертрофированным чувством собственного достоинства, вместо того, чтобы искать способ заработать... честным путем!
– И не дожидаясь ответа, заторопилась домой. И так задержалась.

Дома вытряхнула из сумки деньги и стала считать. Миха убежал в школу. Алешка сидел в кресле, внимательно следя за матерью. Татьяна разложила деньги по пачкам, в основном трёшки и рубли. Надо было их пересчитать, чтобы муж отчитался за эту партию семян перед владельцами. Татьяна считала и вдруг ясно услышала, что кто-то ещё считает вместе с ней.

– Девяносто один, девяносто два, - скосила глаза в сторону сына, прислушалась.

– Девяносто три, девяносто четыре...
– считал Алешка. Ему тогда пошёл четвёртый год.

Ветер собирал опавшие листья, бумажки и мелкими вихрями крутил у подъезда их дома рядом с двумя большими белыми японскими машинами. Татьяна смотрела с балкона на невиданных красавиц и радовалась, и волновалась одновременно.

– Миша, ты их не ставь у подъезда. Слышишь? Вон там, подальше, - показывала мужу выбранное место.

– Машины и тут никому не мешают.

– Конечно, не мешают! Нас с Алешкой во дворе на прогулке соседки "заклюют", если узнают, что это наши!

– С чего это? Мы их не украли. Деньги я заработал, сам съездил в Японию и купил. Да и не новые машины-то.

– Миша, у нас на всех жильцов дома три машины было. А теперь у нас в семье три. С потрохами на лавочке съедят!

– Не успеют. У меня покупатели на эти машины уже есть. А в Японии деловые контакты установил.

– Мама, смотри - нажимаешь эту кнопку и раз - вот отсюда выползает готовая цветная фотография! Полароид! Вот только где бумагу будем брать, когда кончится японская?
– восхищался Миха.

– В магазине. Погоди немного, скоро и фотоаппараты такие и бумага к ним навалом будут, главное деньги успевать зарабатывать.
– Ответил сыну и перевёл взгляд на жену: - Шла бы ты в автошколу.