Шрифт:
— Так что мы имеем? — спросил Хэнкс.
— Всего?
— Да.
— Пожертвования банков переведены в двадцать комитетов «Объединения ради прогресса». Комитеты малыми суммами, как мы и договаривались, переводят деньги нам. От них мы должны получить примерно триста двадцать пять тысяч долларов.
— Чем еще мы располагаем?
— Банк в Лос-Анджелесе обещал нам пятьдесят тысяч.
— Чего они тянут?
— Я должен дать им фамилии пятидесяти человек, которым представитель банка вручит по тысяче долларов. Затем эти деньги поступят в комитеты, как пожертвования частных лиц.
— Ты определился с этими людьми?
— Да.
— На что еще мы можем рассчитывать?
— На сто тысяч долларов от тех, кто берет ссуды у нашего пенсионного фонда.
— Они наверняка дадут деньги?
— Наверняка.
— Это все?
— Двадцать семь с половиной тысяч собрали отделения профсоюза на местах. На большее рассчитывать не приходится.
— Что значит, на большее рассчитывать не приходится?
Флиер замялся. Нервно потер руки. «Я ненавижу личностные конфликты, — подумал он. — Терпеть не могу, когда люди кричат друг на друга, грубят. Я ненавижу эту парочку, потому что они упиваются грядущим конфликтом, и я не понимаю, почему. Господи, да лучше мне умереть». Обычно Флиер желал себе смерти раз десять на дню.
— Пожертвований от местных отделений или отдельных членов профсоюза больше не будет, потому что предвыборная борьба их не интересует.
— Мы их расшевелим, — подал голос Делла. — Мы заварим такую кашу, что они заинтересуются.
— Возможно, — Флиер, однако, остался при своем мнении.
— Так на какую сумму мы можем рассчитывать? — спросил Хэнкс.
— У нас чуть больше пятисот тысяч долларов, — ответил Флиер.
— Это все?
Флиер кивнул.
— Да, выше нам не прыгнуть.
Хэнкс посмотрел на Деллу.
— Вам этого хватит?
Микки Делла какое-то время изучал потолок, дымя сигаретой.
— Сколько вы собрали, столько я и потрачу.
Глава 16
Трумен Гофф покатил двухколесную тележку с ящиком сладкой кукурузы «Голден бэтмен» к левому прилавку «Сэйфуэя», отданному овощам и фруктам.
Гофф относился к своей работе серьезно и твердо верил, что деньги должен получать лишь тот, кто трудится. Гоффу нравилось раскладывать клубнику, свеклу, салат, шпинат, помидоры, сливы. «У нас много разных товаров, — как-то объяснял он жене. — И ты знаешь, когда поступает новый, надо прикинуть, куда и как его выставить, чтобы покупатель не прошел мимо».
Гофф снял ящик с тележки, поставил на пол, начал доставать из него упаковки, по двенадцать банок в каждой. Потом начал выкладывать их на прилавок, разрезая пленку острым ножом, чтобы покупателю не составило труда достать одну, две или три банки. Разрезка упаковки не входила в обязанности Гоффа. Делал он это лишь потому, что сам придумал эту услугу. Ответственное отношение к работе стало одной из причин того, что его повысили, назначив менеджером.
Расставив упаковки с банками кукурузы, Гофф покатил тележку к маленькому закутку, служившему кабинетом управляющему магазином. Открыл дверь, всунулся в кабинет.
— Я немного задержусь после ленча, Вирджил.
Вирджил поднял голову.
— На сколько?
— Минут на пятнадцать.
— Ладно.
— Я должен выкупить билет в Майами.
— Везет же некоторым, — и Вирджил вновь вернулся к бумагам.
Гофф закатил тележку в кладовую, снял белый халат, надел пиджак и вышел из магазина. Сел в «торонадо», проехал семь кварталов, затем покружил в поисках свободного счетчика. Нашел, припарковал машину и зашагал к представительству «Юнайтед эйр лайнс».
— Вы получили заказ на один билет до Чикаго на воскресенье от Гарольда Эф. Лоуренса? — спросил он девушку за конторкой.
— Один момент, мистер Лоуренс.
Несколько секунд спустя она протянула ему уже заполненный билет.
— Расплатитесь наличными или по кредитной карточке?
— Наличными.
— С вас пятьдесят один доллар, — улыбнулась девушка.
Гофф протянул ей измятую сотенную, получил сдачу и еще одну улыбку.
— Позвольте поблагодарить вас за то, что вы летите с «Юнайтед».
Гофф кивнул, попрощался и вернулся к «торонадо». Проехал еще двенадцать кварталов, вновь нашел свободный счетчик. Автостоянки он не жаловал, во-первых, потому, что там драли три шкуры, а во-вторых, полагая, что многие только и думали, как бы поцарапать или помять дорогую машину.
На этот раз он зашел в магазин спортивных товаров и купил коробку патронов с мягкой гильзой для ружья тридцатого калибра. Пакет с коробкой патронов и авиабилетом до Чикаго он положил в багажник. Туда его жена никогда не заглядывала.