Но я-то знал, что это был совсем еще не последний вопрос с моей стороны.

— Подожди, постой. Я что–то не понимаю некоторых моментов. Как это я очень быстро прихожу в норму? И причем здесь гравитация с ее незыблемостью? И потом, почему это я вдруг решил более не считать ее таковой? Это ведь твои слова? Верно? — попытался вывести Атлантиду из того состояния лукавой загадочности, в котором она прибывала.

— Да, это мои слова. Я так говорила тебе, а все вот почему, — загадочность ее интонаций, кажется, достигла апогея, и я, поняв, что сейчас может последовать развязка, весь обратился в ее ожидание.

— Ну, я слушаю, — я не выдержал и немного повысил тон своих мыслей от нетерпения.

— Виталий, «открой» свои глаза и посмотри вокруг. Ты что до сих пор ничего не заметил? — Этот ее вопрос был последней каплей в чашу загадок.

Я перевел все свое внимание на восприятие и обработку информации, получаемой от органов зрения, то есть глаз, и посмотрел перед собой.

— Ну, и что же тут не так? — рассуждал я, глядя перед собой во все глаза и стремясь ничего не пропустить. — Свет. Голубоватый свет Атлантиды. Светит чуть ярче, чем обычно в это время. Я посмотрел направо, затем налево. Везде разливалось свечение Духа, с добавлением золотистых тонов, что вносил свет, исходящий от моей ауры.

— Ага, вот почему свет выглядит ярче, чем обычно. Он ведь вокруг меня везде, — продолжал я свои рассуждения, как ни в чем не бывало, и совсем не подозревая о том, что же произошло со мной на самом деле.

— Ну, и что дальше? Свет, твой свет вокруг меня, — продолжал я сообщать об обнаруженных далее фактах, то ли Атлантиде, то ли самому себе. — Что же в этом такого осо…?

Последние слова застряли у меня где–то в мыслях. Договорить их я так и не смог. Мне это помешало сделать осознание полученной зрительным путем информации, накатившееся на меня словно снежная лавина.

Почти сразу же я почувствовал каждую волосяную луковицу на своей голове, как они напрягаются и входят в транс от набегающего на меня шока. Далее напряжение передалось сверху всему телу, а затем меня в мгновение прошиб холодный пот. После этого последовал жар от быстрого прилива крови ко всем частям тела, содержавшей просто огромную дозу адреналина.

— Свет! Свет Духа вокруг меня! Значит я что…?! В центре Духа?! У него внутри что ли?! — мысли набирали у меня в голове немыслимые скорости, и я даже не успевал отслеживать многие из них. — Как такое возможно?!

— Постой, минутку, я же ведь внизу! Не спустился же Дух ко мне, в конце концов! Он ведь над озером…! А я стою…! — мысли бешено проносились в мозгу, и я просто не успевал оформлять их в слова. Таких скоростей мышления я не достигал еще ни разу в жизни.

И я медленно, как мне показалось, очень, очень медленно наклонил голову вниз и взглянул туда. Либо тело меня не слушалось должным образом, либо скорость потока мыслей была слишком велика, что в итоге и могло создать эффект медленной реакции мышц тела на команды мозга. На данный момент все протекало очень медленно.

И что же? Внизу под собой я опять увидел голубоватый свет Атлантиды, но чуть менее насыщенный и яркий.

— Так она что, опустилась ко мне все же?! Быть этого не может! — мысли опять стали проноситься в моем мозгу, только в основном почему–то мимо.

Я все продолжал смотреть вниз, очень медленно соображая и обрабатывая информацию, поступавшую через глаза в мозг.

Тут меня накрыла вторая волна шока.

Сквозь бледный свет Атлантиды проступала поверхность озера и деревья. Там же был виден и песок берега, и трава с кустами.

Все это было там…! Внизу…!! Метрах в двухстах подо мной!!!

И как только я осознал этот факт со всей ясностью, а мне в этом очень помог адреналин, содержащийся в крови, черт бы его побрал, я тут же немедленно полетел вниз, все, набирая и набирая скорость в падении.

Внутренности опять выстроились в очередь, стремясь покинуть мой живот как можно быстрее, но им мешал это сделать шок, сковавший меня словно тисками. Я все падал, набирая скорость, и ветер сообщал мне об этом, оглушительно свистя в ушах и с силой задувая мне в лицо.

Нет, смерти я не боялся, но мне вдруг стало так печально оттого, что скоро все закончится, таким вот образом. Я знал, что физическая смерть это всего лишь смена формы, переход в другое тело, состоящее из более тонко структурированной энергии, но мне не нравился сам момент «посадки», который мог наступить через пару мгновений. Я не хотел этого. Не хотел этого, сейчас. Еще было не время. Меня ожидало столько работы впереди. Но мог ли я что–либо с этим поделать? Я не имел об этом ни малейшего понятия.