Шрифт:
– Ладно, философ, кто у вас самый главный?
– чувствую этого мужика сейчас бесполезно спрашивать о нём. Ему надо время, чтобы всё осознать. Такие люди или сами о себе рассказывают... или не рассказывают ничего. Чувствую, кремень мужик.
– Слышал, что главного Ягодкой кличут. Сам не видел. Не по чину.
– Не может быть - воскликнул Потоцкий.
– Да-а дела. Вот ведь завернулось - только и осталось сказать мне.
Глава 24
– Нет, всё плохо - вздохнул Потоцкий.
– Давай Александр Александрович с текущими делами разберёмся, а остальное будет потом.
Пленников поместили в одну из комнат подвала, которая раньше была винным погребом, и где была хорошая деревянная дверь. Навесной английский замок, который я купил для образца, пригодился раньше времени. Машину со склада разгрузили, а потом Потоцкий куда-то на ней поехал. Я пошёл проверять у бригадира Матвея, захватив Самира, как продвигается ремонт дома и построек. Остальные члены строительной бригады заносили и расставляли вещи обратно в дом. Разозлился, что слабо и а кое-что надо и переделать. Пришлось три часа ходить с ним и моими ранее оставленными чертежами. Досконально объяснять, что же я хочу и что мне не понравилось. Особенно "досталось" Матвею за кухню и санузел, где я особо был недовольный проведённым полу ремонтом.
– Так денег не хватит, что вы тут нарисовали - недовольный и грустный Матвей.
– Добавим. Как хочешь, вещами или деньгами?
– хотя я и не сильно размахнулся, но при таком дефиците всего, тоже не мало. Да и контроль, за работниками требуется постоянно.
– Лучше вещами, но и деньги тоже нужны. Такое только у нэпманов купить можно на Кузнецком - сразу повеселел он. (В период НЭПа на улице "Кузнецкий мост" были самые дорогие магазины, рестораны и мастерские. Тут можно было заказать и товар из Европы.
– прим. Автора.)
– На днях поедешь и купишь. А пока вперед и быстрее работайте скоро осень. Дожди пойдут. В первую очередь наружные работы - даю команду...
– Самир, почему кофе так плохо заварен?
– сделал глоток и скривился. Мы сидим вечером в гостиной около недостроенного камина. Я сижу в кресле, читаю местную прессу. Кое-где в газетах делаю пометки немецким карандашом и часто спрашиваю Потоцкого. Иногда встречаются такие "перлы" что и не поймёшь, что автор имел в виду. Какие-то новые слова с придуманными выражениями и лозунгами...тут не то, что без пол литра, без ящика водки не разберёшься. Вот же коммунисты умеют людям головы морочить.
– Так это хозяин,... на кухне...
– и тут открывается дверь и заходит Юсис с револьвером в руке и наставляет его на меня.
– И вам здрасте - ничего удивительного в этом для меня нет. Я хоть и ожидал то-то такое, но не думал, что будет вот так быстро и вот так просто. Хотя сейчас конец лета 1927 и Сталин далеко не главная фигура в правительстве, как и его группировка.
– Можно не наставлять на меня наган?
Охранник делает пару шагов в сторону, и кивает в проём двери.
– Что не нравится?
– зашёл хмурый Будённый, поддерживая одной рукой шашку, а во второй руке браунинг. По-моему это модель 1910 года. Ушёл в другую сторону от двери.
– Может, тоже кофе будите?
– делаю ещё глоток.
– А зачем вам сабля, господин Будённый?
– Можно и не наставлять, если вы объясните такое своё поведение?
– зашёл за Будённым злой Сталин, тоже с пистолетом в руке. Произнёс это он грозно и чуть с акцентом. Затем обошёл стол и быстро посмотрел, что я читал. Из-за того, как он стал пересматривать одной рукой отмеченные мной заголовки, я сделал вывод, что прессу Иосиф Виссарионович просматривает регулярно. Явно знаком со всеми статьями.
– Так что же ты молчишь?
– обратился он ко мне. А я не спешу, даю Сталину время посмотреть и... немного успокоиться.
– Для моего поступка есть несколько причин - и обвожу комнату глазами, кивая и показываю, что лучше нам остаться одним.
– Хорошо. Всем выйти кроме Семёна Михайловича - даёт распоряжение Сталин.
– Вы же родились на Кавказе?
– начал я, дождавшись, когда Потоцкий, Юсис и Самир выйдут из гостиной, а Будённый со Сталиным сядут.
– Дом этот мне предоставили вы, значит я у вас в гостях. Что у вас тогда по обычаям полагается?
– Мы не на Кавказе - усмехнулся Будённый.
– А ты такой гость, что хуже татарина.
– Ну, к этому вы сами приложили руки. Вот скажите, зачем вы казнили двадцать человек бывшей знати России, за убийство Войкова в Польше.
– Это ты к чему?
– Будённый. Сталин стал спокойно набивать трубку, не сводя с меня глаз и положив пистолет на стол.
– Я тоже князь. А что у тех вооруженных огэпеушников было на уме, никто не знал. Тем более ваша группировка не контролирует ОГПУ.
– Очень интересно. А кто же у нас контролирует ОГПУ?
– Сталин.