– Мы были связаны союзническими обязательствами... и французскими кредитами - в конце уже не так воинственно добавил Бехтерев.

– Да... а вот у меня есть своё мнение на этот счёт.

– Ну, просветите.

– Земельная реформа вашего Столыпина в 1906 году реального результата так и не дала. Большие деньги были потрачены без особого результата. Как было, так и сталось 0.4 гектара пахотной земли на крестьянина и это в стране, где их от 95 до 97 процентов населения. Из-за этого постоянно висел призрак новых бунтов в империи. ( В реальности для более-менее нормального земледелия в России на тот момент надо было 11-12 гектаров пахотной земли на человека.
– прим. Автора )

– Вы это к чему?
– настороженно профессор.

– А к тому, что нужных изменений в стране ваши правящие классы делать не желали по разным причинам. Знали, что немцы серьёзный противник,...знали. Но понадеялись "быстренько спалить излишек крестьянского населения" в войне, так ведь легче?
– и я уставился на профессора.

– Не может такого быть. Не выдумывайте - зло профессор.

– Еще и не такое бывает, когда не знают или не хотят что-то делать - оставил я последнее слово за собой.

Вовремя пути до Ленинграда в разговоре с Потоцким я ему порекомендовал, что хорошо бы ещё поискать желающих на приобретение новых и не очень автомобилей, раз уж он меня втравил в такую историю.

Ленинград и Финляндский вокзала встретил нас большим количеством военных патрулей, проверкой документов и предвзятым отношение ко мне и профессору окружающих. Странно было наблюдать милиционеров одетых как бандиты, то есть кто во что горазд. Их можно было отличить только по мосинкам с примкнутыми штыками за спиной и большим значком на груди. Наградные значки удостоверяют, что уже исполнилось целых десять лет "родной милиции". Только нахождение с нами Потоцкого с его "убойными" документами помогло нам избежать неприятностей, взять двух извозчиков, и быстро сразу уехать в порт. Город и его жители, никак ещё не могли отойти после летних терактов. На вокзале вооружённые патрули ревностно проверяли всех и вся. (7 июня со второй попытки, группа совершила теракт в здании Агитпропагандного отдела Ленинградской Коммуны по адресу: Набережная реки мойки д. 59, забросав место заседания коммунистов гранатами, ранив, по советским данным, 26 человек.
– истор. Справка)

В порту арендовав дежурный катер и захватив вещи всех, я, профессор и Самир, отправились на моё судно на рейд. Потоцкий с Андреем пошли в администрацию порта с документами решать вопросы с причалом и загрузкой парохода.

Команда встретила нас овациями, и единодушным ревом одобрения выйдя на палубу. Представляю, как народу столько дней было тошно находиться без схода на берег и серьёзного дела. Я представил всем профессора Бехтерева, и определили ему каюту для проживания.

– Как всё прошло?
– засыпали меня вопросами Одовский с Никольским, не дав ещё толком разместить свои вещи в моей каюте.

– Всё нормально. Сейчас будем грузиться древесиной и идём в Гамбург. Потом в Данциг и обратно в Ленинград.

– А потом?
– без особого энтузиазма Никольский.

– Волнуешься за Софью? Правильно. Потом...потом зависит от того чем со мной расплатятся. Возможно, и во Францию вернёмся. Но с Балтики уходить будем по любому. Я не собираюсь тут мёрзнуть зимой, да и в финансовом плане смысла не вижу - и даю команду им на выход из моей каюты. Надо нормально помыться, поесть и отдохнуть. Заодно дочитаю книгу Троцкого, которую мне подарил Сталин. А главное понять, зачем он это сделал, подарив мне её?

К вечеру возвращаются Потоцкий с Андреем, и я откидываю книжку Троцкого, немного не дочитав. В общем, и так всё стало понятно, зачем Лев Давидович втравил СССР в эту авантюру с английской забастовкой. Стал отрабатывать вложенные в него деньги Рокфеллером. Руками и деньгами СССР Рокфеллеры, подёргали за вымя Ротшильдов и заставили их перенести своё внимание и деньги от Южной и Центральной Америки на борьбу с Россией.

Сам же Троцкий в своей книге изданной в 1925 году "Куда идёт Англия?", доказывал, что та стоит на пороге революции. Эти споры остались бы вещью в себе, если бы не одно обстоятельство: экономику СССР лихорадило почище английской. Снижение заработной платы у рабочих доходило до 25-50%, росли безработица, число забастовок и подпольных кружков типа "Рабочая правда", "Рабочая группа". От стачки масштаба английской спасало только отсутствие в СССР независимых профсоюзов. "Профсоюзы играют роль соглашателей, продавая нас, как Макдональд продает английский рабочий класс", - фиксировало "разговорчики" ОГПУ.

– Сакис, к сожалению ситуация пока не изменилась. Всё так же никто по официальной цене, которую нам выделили, грузить не хочет. Ну, или будем тут месяц стоять у причала под погрузкой - со вздохом пряча глаза, констатирует Потоцкий.

– А как там у вас на счёт взяток трактует коммунистическая теория?
– поддеваю я.

Молчит, только глубоко вздыхает.

– Ладно, Александр Александрович, можете договариваться дополнительно от нас насчёт котелков и фляг за хорошую и качественную погрузку. Что там хоть за древесина?
– усмехаюсь.

– Чёрная ольха.

– А что на счёт машин?

– Есть заказ на две из штаба нового начальника ЛВО Корка и две машины нужны Ленинградскому городскому совету. Но это вам самому завтра решать надо - оживился Потоцкий.

– Тогда так. Сначала улаживаем дела с погрузкой, а потом едем договариваться насчёт автомобилей - ставлю точку на сегодня.

Ранним утром Потоцкий с Андреем уехали на вызванном катере, а через три часа судно встало под погрузку, где тут уже стали командовать Одовский с Олафом. Посмотрев на знакомые шапки с красными бубонами грузчиков, понял, что Потоцкий договорился со старыми знакомыми. А что прикольно смотрятся и видно их издалека. Надо подсказать, вдруг такую моду введут. Брёвна грузили ровные и ошкуренные, видно, что хорошего качества древесина.