– Ну и чего бы, не сами пилить доски и брус. Нет, как обычно, только сырьё и поставляем - тихо матюгнулся, попивая кофе после завтрака.

Дождавшись Потоцкого с конным экипажем в большом ландо, поехали в Ленинградский городской совет. В 1927 году сформирована Ленинградская (промышленная) область, которая включала в себя Ленинградскую, Новгородскую, Псковскую, частично Олонецкую и Мурманский уезд Архангельсткой губернии. В результате районирования области были образованы 67 районов. Город Ленинград был выделен в особую административно-хозяйственную единицу. Образованы Мурманский, Псковский, Кингисеппский приграничные округа. При этом преобразовании было ликвидировано все прежнее административно-территориальное деление на волости, уезды и губернии. Чиновникам приходилось мотаться на большие расстояния, так что моё предложение в Смольном, где перед входом устанавливали памятник Ленину работы В.В. Козлова, оказалось очень кстати.

Принял нас сам Николай Павлович Комаров, председатель исполкома Ленинградского городского и губернского совета. Невысокий мужик с грустными и красными от недосыпа глазами. У него были редкие тёмные волосы, зачёсанные назад и чёрные небольшие усы. Стиль ай ля Будённый, в Ленинграде явно не пользовался популярностью. Но одет Комаров был довольно не плохо. В тёмный костюм, не новый, но добротный. В тон костюму тёмная рубашка с галстуком, что резко его отличало от большого числа людей, которые в основном ходили в военной и полувоенной форме. После двух часов переговоров договорились, что мне, в общем, заплатят 1500 долларов за две хорошие машины, и не будут требовать пошлину за ввезённые остальные. Все равно в личном пользовании легковых машин практически нет. Даже нэпманы стараются сейчас приписать свои личные машины к какой-нибудь государственной организации. Только такие фигуры как Маяковский могут спокойно иметь в личной собственности автомобиль, и ничего не опасаться.

Дальше мы поехали в штаб Корка. У военных в ЛВО был полный аврал. Август Иванович Корк недавно переведенный из Белорусского военного округа был вынужден устроить полную проверку из-за образования нового округа. Проверка привела в ужас военные и гражданские власти. Вскрылись огромные хищения, потеря имущества и боеприпасов. Отвратительная выучка войск и повальное пьянство личного состава. Сейчас в авральном режиме пытались навести хоть какой-то порядок жесткими методами. ( Чуть позже Корк напишет докладную записку в Москву и потребует принятия самых жёстких мер к наведению порядка в ЛВО.
– прим. Автора). Плюс постоянные вооруженные стычки на советско-финской границе, переходящие в небольшие сражения. Я всё больше понимаю Сталина развязавшего террор и встряхнувший страну за шкирку перед большой войной. По-другому, наверное, было и нельзя навести хоть какой-то порядок в данных условиях. И то до конца так и не сумел, что показало начало войны. А-то что обвиняют за провал первых дней войны Сталина, так это я считаю не правильно. Это просчёты наших генералов. Зачем их тогда было столько в стране? И не надо забывать, что Наполеон на лошадях добрался до Москвы быстрее, чем Гитлер на автомобилях и танках. А ведь при царе Александре-I никакого террора-то и не было. Значит, сопротивление было и не малое. Почему-то хвалённые англосаксы с французами, никакого особого сопротивление оказать-то так и не смогли.

У военных нам тоже были рады, ввиду постоянных поездок и под это дело я сумел договориться на три тысячи долларов на две машины. Но одну нужно тоже очень хорошую, для самого Корка. Всё как обычно, генералы не желали себе ограничивать.

Во второй половине дня, я хоть и уставший, но с авансами на машины вернулся на судно, которое опять охраняли курсанты. Всё хватит, больше никуда не поеду... пропади оно всё пропадом. Надоело мне тут всё. Грязь на улицах, обшарпанные здания, бестолковость чиновников и непонятная их самоуверенность, и конечно же, их наглость. Раздражало большое количество плохо одетых и голодных людей повсюду.

Через три дня мой пароход больше похожий на огромную вязанку дров, отправился в Гамбург, Потоцкий с Андреем остались дожидаться нас в Ленинграде.

Через несколько дней пока я шёл на своём судне в Гамбург,

кабинет Сталина вторая половина дня.

Сталин нервно расхаживал по кабинету после обеда, повторяя то грузинские, то русские ругательства и поминая грека недобрыми словами и вспоминая сегодняшнее утро.

Встреча с французским послом Эрбетт Жаном чуть не закончилось скандалом во Владимирском зале Большого Кремлёвского дворца, куда того срочно пригласили. На экстренной неофициальной встрече настоял сам Сталин, чем удивил всех приглашённых. Собрались "узким" кругом. Сам Сталин, Калинин, Рыков, Каменев и Аралов.

Назначенный в 1924 году Эрбетт Жан французский журналист и дипломат в первые годы проводил довольно дружескую политику в отношениях к СССР, но с начала 1927 года сменил свои взгляды на резко враждебные. Тут и сказалось и закрытие разных концессий и интриги белоэмигрантов. Самую же большую проблему в отношениях принёс посол СССР Раковский во Франции.

(Это опытнейший мастер закулисных интриг, видный масон высокой степени посвящения, давний агент германской и австро-венгерской разведок, а впоследствии еще и британской разведки Христиан Георгиевич Раковский (1873-1941) . Будучи последовательным сторонником Троцкого, он видел перспективы СССР только в случае победы революции в развитых странах Европы. В один из своих приездов в Москву он поставил подпись под документом, в котором звучал призыв к солдатам капиталистических стран переходить на сторону Красной Армии. Такая позиция советского посла вызвала недоумение и озабоченность правительства Франции, заявившего о недопустимости двойных стандартов в позиции советского дипломата.- истор. Справка) Французская сторона потребовала отозвать советского посла Х.Г. Раковского из-за его интриг во Франции.

Сталин, помня мой с ним разговор, попытался убедить посла в добрых намереньях и то, что Раковский не согласовывал свои действия с руководством страны. Тут Сталина поддержали и Калинин с Рыковым, хоть и были удивлены осведомлённостью Сталина. Каменев же был недоволен, но его быстро успокоили. Недавно же переведённый на дипломатическую работу из Китая Аралов член Президиума и заведующий Иностранным отделом ВСНХ СССР, промолчал, никак не выразил своего отношения. Нарком иностранных дел Чичерин с начала 1927 г. был фактически отстранен от руководства Наркоматом иностранных дел СССР и участие во встречи тоже не принимал, да его и никто не ставил в известность. Его заместителя Литвинова тоже не позвали, он сейчас готовил советскую делегацию к участию в IV сессии подготовительной комиссии Лиги Наций к конференции по разоружению.

С другой стороны обсудили с послом опубликованное в английском журнале интервью маршала Фоша, являлся членом Высшего военного совета Франции, где он призывал к новой интервенции западных держав против СССР. Этот журнал подарил Сталину я и сейчас Калинин, и другие пытались понять, откуда его взял Сталин.

Все договаривающиеся стороны решили взять паузу, а советским руководителям пришлось взять на себя ещё дополнительные финансовые обязательства, чтобы не разрывать финансовые отношения. СССР всё ещё надеясь на кредит, и на этих дополнительных обязательствах настоял Сталин, опять удивив Калинина, Рыкова, Каменева и Аралова. Дали согласие на срочную замену Раковского на Валериана Савельевича Довгалевского.