Элисон ничего не сказала в ответ. С помощью Фионы она приготовила несколько пакетов, которые аккуратным рядком выставила на кухонном столе в канун Нового года, дабы их разнесли по адресатам.

Мерил Ритчи, подруга Элизы из Эдинбурга, с которой Фиона подружилась на вечеринке у Элизы, ее брат Том и Питер Форбес должны были доставить пакеты в деревню, а Элисон наконец-то уговорили пойти вместе с Фионой и Аланом на горные фермы. Они оправились сразу же после ленча, помахав рукой оставшимся дома гостям и сияющему Финлею, ни дать ни взять радушному и щедрому хозяину.

Тепло, с каким их приветствовали на первых двух фермах, поразило Фиону. Гостинцы были охотно приняты в обмен на пожелание счастья и здоровья и нехитрые подношения вроде домашнего вина, ржаных булочек и с полдюжины свежих яиц.

— Как весело! — рассмеялась Фиона. — Какой замечательный обычай!

Элисон взглянула на часы.

— Уже больше трех, — она покачала головой, — я не могу оставить Катрину одну подавать чай и готовить ужин. Так что идите дальше одни. — Она оглядела наклейки на пакетах, остававшихся в корзинке, и рассортировала их. — Вам придется разделиться, если вы хотите управиться с этим до темноты. Пакеты непременно должны быть доставлены сегодня, а то пропадет весь смысл. Так что два для Фионы и три для тебя, Алан.

Она распределила пакеты с невинным видом, но Фиона знала, что ей достанется «Гер». «Элисон! — подумала она. — Что станет с отцом, если он узнает об этом?!»

Она, разумеется, знала, что находилось в пакете для Камерона, поскольку сама упаковывала его: масло, джем, немного студня из курицы и забавная грелка для чая, которая, по словам Элисон, была ему нужна, поскольку ему не раз приходилось пить чай холодным, когда он отвлекался на хворых овец.

Взяв пакеты и расставшись с Аланом, Фиона зашагала вверх по склону. А что, если Камерон не захочет ее видеть, если он сочтет «Новогодний гостинец» завуалированным оскорблением?

Когда она приблизилась к «Геру», ей показалось, будто ферма выглядит пустой. Даже собаки не выбежали ей навстречу, но через какое-то мгновение Камерон появился на пороге.

— Это «Новогодний гостинец», Айэн, — произнесла Фиона. — Ты же не откажешься от него, верно?

Он внимательно посмотрел на нее, затем тихо ответил:

— Нет, Фиона, не откажусь. Ты войдешь? Говорят, не к добру держать пришедшего с гостинцем на пороге.

Она вошла в комнату, сразу заметив, что в ней все начисто выскоблено и убрано, а на окнах появились свежие занавески.

— Это миссис Роз постаралась, — лаконично пояснил Камерон. — Она свято верит, что необходимо вымести всю прошлогоднюю грязь и печали задолго до двенадцати!

Но было видно, что тут постаралась не только миссис Роз. Разбросанные повсюду книги были убраны в книжный шкаф, бутылка с овечьим лекарством на каминной полке, которая в прошлый ее приход бросалась в глаза, и несколько оловянных кружек тоже нашли свои места. Появилось еще одно кресло и маленький столик у камина, с табакеркой и трубкой. Фиона почувствовала, как к ее глазам подступили слезы, когда он, отложив в сторону трубку, стал заваривать чай.

— Останешься выпить со мной чашечку? — спросил Камерон. — Кажется, во всем цивилизованном мире принято пить чай как раз в это время, верно?

Она кивнула и наклонилась к огню, чтобы согреть озябшие руки.

— Боюсь, у меня нет ничего особенного, — предупредил он, возвращаясь с чайником. — Хлеб с маслом и кусок пирога от миссис Роз.

— Пирог — это чудесно, — откликнулась Фиона, стараясь говорить как можно спокойнее. — Мы разносили гостинцы по фермам, и я пришла к выводу, что это прекрасный обычай!

— Моя мать очень его любила, — сообщил Камерон, задумчиво улыбаясь. — Она с нетерпением ждала наступления этого дня перед Новым годом.

— Я так живо напомнила тебе ее? — с сочувствием спросила Фиона. — Извини.

— Это случилось с самого начала, — коротко подтвердил он. — Отчасти по этой причине я и попросил тебя взять прялку обратно в «Тримор». «Гер» не место для красоты.

— Но… его все же можно обжить, — упрямо возразила Фиона. — Ты тоже об этом подумал, Айэн, потому что кое-что попытался изменить с того момента, как я была здесь в последний раз.

Он резко отвернулся.

— Возможно, я осознал, что живу как дикарь.

— Но ты всегда занят… У тебя много работы на ферме…

— Да, мне есть чем заняться, — подтвердил он, наливая ей чай и протягивая тарелку с пирогом. — Я только сейчас начинаю становиться на ноги.

— Ты хочешь сказать, что видишь возможность наладить дела? — оживилась она. — О, я так рада за тебя!

— Простое совпадение, — усмехнулся он. — Разумеется, зима еще не закончилась. Впереди короткий сезон ветров в конце января, от которого можно ждать все, что угодно. Потеря даже части моих овец может означать для меня катастрофу.