Свою пылкую речь, подкрепленную умело подобранным иллюстративным материалом, Прюэтт завершил… открытым шантажом. От своего имени, а также имени Аластора Грюма он заявил, что оба они, а также сотрудники их департаментов в полном составе в течение недели намерены сложить с себя полномочия в том случае, если Визенгамот снова откажет Аврорату.

Продолжение на странице 2

– Жаль, что я не мог предварительно обсудить с тобой этот вопрос.

Профессор Дамблдор задумчиво смотрел на компанию молодых людей, которая накрывала на стол. Совсем молодые, вчерашние школьники, и все гриффиндорцы, как на подбор. Фабиан почти слышал, как шумно бежит по их жилам кровь, как они уверены в том, что завтра же перевернут мир. А еще он и сам чувствовал себя нашкодившим старшекурсником.

– Простите, профессор, - ответил он, наблюдая, как Джеймс Поттер жонглирует пустыми тарелками.
– Я знаю, как вы к этому относитесь, а мне нужно было… решить этот вопрос самому. Для себя.

Дамблдор чуть заметно наклонил голову.

– Ты поступил совершенно правильно, Фабиан, я и в мыслях не держал тебя укорять. Я лишь надеюсь, что вы с Аластором правильно взвесили тактические умения и добрые намерения Бартемиуса.

Фабиан покосился на своего бывшего учителя. Тот сосредоточенно ковырял ноготь на большом пальце.

– Не волнуйтесь, мы оба прекрасно понимаем, что Краучу были нужны, выражаясь словами Грюма, «мальчики для битья». Как видите, мы ими не стали.

– И это хорошо, - Профессор наконец поднял голову: его голубые глаза были абсолютно спокойны и внимательны.
– Тем не менее, ящик Пандоры уже вскрыт, осталось лишь узнать, что в нем — наше спасение или наша погибель.

Они помолчали. У праздничного стола Лили Эванс придирчиво просматривала бокалы на свет, стирая уцелевшие отпечатки пальцев.

– Я понимаю, чего вы боитесь, профессор. Но ведь вы знаете этих людей даже лучше, чем знаю их я. Вы же знаете, что ни один из них не станет использовать Непростительные заклятия, кроме как в самых исключительных случаях.

– Верно, - все так же спокойно ответил Дамблдор.
– И мне очень хотелось бы, чтобы эти люди такими же и оставались.

Внезапно все звуки в комнате перекрыл зычный, командный голос Грюма:

– Ну, друзья, сегодня у нас большой день. Есть что отпраздновать. Марлин, ты принесла камеру, как я просил? Ага-ага…

Дамблдор вздохнул:

– И еще один совет, Фабиан. Никогда не отращивай бороду. Вживую выглядит представительно, но ты себе не представляешь, как трудно с ней хорошо смотреться на фотографии…

Паб. Прекрасное место, где работяги скрываются от надоевших жен и детей, старые хиппи вспоминают ушедшую молодость, а одинокие дамы подыскивают кавалеров. Пинту пива и горсть соленых орешков Фабиан не раздумывая променял бы на микроскопический кусок пирога с патокой от Молли, но об этом и думать было нельзя.

– Я говорил с Артуром, - сказал Гидеон, - она ничего не помнит.

– И слава Мерлину, - вздохнул Фабиан, делая большой глоток.

Они сидели в самом углу маггловского паба в паре улиц от «Дырявого котла». Подобные мелкие заведения в последнее время стали единственным местом конспиративных встреч, помимо штаба Ордена.

Количество угроз, которые они получали, со времени триумфального выступления перед Визенгамотом увеличилось в разы. К шраму от ожога на лице Гидеона прибавилось еще парочка на руках. Фабиан обезвредил несколько ловушек у входа в свой дом. Но все это мелочи по сравнению с тем, что случилось две недели назад.

Молли и Артур собирали всю семью на ужин. Фабиан, закрутившись с министерскими делами, взял с собой некоторые бумаги с работы. Он до сих пор ненавидел себя за то, что тот злополучный конверт вообще попался на глаза Молли. Скорее всего, на самом конверте тоже было заклятие, и она почувствовала непреодолимое желание открыть его. Это картина до сих пор не шла у него из головы. Вот Молли проходит к столу, вот берет в руки нож — и с невозмутимым выражением лица направляет его себе в живот.

Они держали ее втроем, наверное, целых полчаса, и понадобилась помощь двоих специалистов, вызванных Гидеоном, чтобы избавиться от заклятия. А затем братья, запершись на кухне, разработали четкий план дальнейших действий, которые должны были обезопасить их, Молли и ее семью.

И вот уже две недели оба брата таскались по съемным квартирам, незаметным кафе и прочим злачным местам. Сестру они видели последний раз погруженной в магический сон. Проснувшись она не вспомнит того, что произошло. И мысль о том, что он, насколько мог, сохранил ее маленький мир, хоть немного успокаивала Фабиана.

– Как ты думаешь, это когда-нибудь закончится?
– спросил он и подумал, что на пиво, пожалуй, не стоит налегать, раз в ход пошли такие дурацкие вопросы.

– Чем-нибудь да закончится, - Гидеон пожал плечами.
– Либо мы, либо нас. Надеюсь, что мы. Я женюсь тогда.