Последние четыре года дались Энди настолько тяжело, что она и впрямь могла бы разучиться шутить. В таком случае надо благодарить сегодняшние события — они вернули ей способность смеяться над собственными неудачами. В противном случае оставалось только свернуться в клубочек на диване и отчаянно жалеть себя, что не входило в ее планы — дни уныния давно миновали.

— Это не шутка, Дариус. Я нахожу Ксандера приятным, интересным собеседником.

— В отличие…

— Ксандер красив и обаятелен.

— Однако перед ужином он сорвался, — упрямо настаивал Дариус.

— Вероятно, что-то расстроило его, но он быстро взял себя в руки — ведь по природе он жизнелюб.

— Не то что некоторые…

— Я говорю только о нем, — невинно улыбнулась Энди.

Дариус безуспешно пытался удержаться от ответной улыбки.

— Ты определенно пытаешься уязвить мое самолюбие.

— Исключительно в воспитательных целях, — заметила она лукаво.

Эта молодая женщина все больше удивляла и восхищала Дариуса. В двадцать три года она уже знала цену боли и разочарования: в восемнадцать потеряла родителей, а вскоре трагически оборвалась ее блестящая карьера. Однако она выжила, нашла силы начать новую карьеру с нуля, не потеряла способности смеяться над собой и обстоятельствами, даже такими драматичными, как сегодняшние.

— Давай завтра вместе пообедаем? — предложил Дариус, прежде чем успел подумать, нужно ли ему это. Он вполне отдавал себе отчет, что Миранда медленно, но верно проникает в душу, разрушая эмоциональные преграды, которые он старательно возводил столько лет. Сегодняшний вечер показал, что он испытывает к ней не только физическое влечение, но готов самоотверженно защищать ее. Дариус не мог допустить, чтобы кто-то, например Тиа Белами, умышленно обидел ее или, сам не желая того, как его мать, причинил боль.

Улыбка медленно сползла с лица Энди. Она смотрела тревожно и вопросительно.

— Зачем?

Дариус уже не колебался. Его смех прозвучал искренне и весело.

— Просто хочу пригласить тебя.

— Но ведь завтра воскресенье.

— Ну и что?

Она пожала плечами:

— Воскресенье принято проводить с семьей, готовить на обед жаркое, потом всем вместе смотреть по телевизору старые фильмы и все такое…

— И ты собираешься именно так провести этот день?

— Нет, — помолчав, сказала Энди. — Но только потому, что завтра очередь Ким и Колина сидеть с пожилыми родителями Колина.

Дариус кивнул:

— Семейная идиллия. Насколько я помню, моя мать никогда не готовила воскресный обед и тем более семья никогда не собиралась вечером у телевизора.

Когда родители были еще живы, Энди всегда возвращалась из балетной школы на выходные домой и непременно помогала маме на кухне. После сытного застолья все усаживались в гостиной и смотрели какой-нибудь старый-престарый фильм. Она любила проводить время в уютном семейном кругу.

Дариус был миллиардером и мог все купить. Наверняка у него штат наемной прислуги и личный повар, хотя, вероятнее всего, он предпочитает питаться в самых лучших и дорогих ресторанах мира. Неужели он лишен удовольствия есть домашнюю еду в компании близких людей?

— У меня нет желания идти куда-нибудь, но, если ты навестишь меня завтра в половине первого, пообедаем у меня дома. Я не намерена подкреплять приглашение шантажом, — добавила она, не удержавшись.

Энди тут же пожалела о своей неосмотрительности. Пусть сегодняшний вечер прошел ужасно, но среди прочего она позволила Дариусу интимные ласки, которые никогда раньше не допускала. Означает ли это, что, впуская его в свою квартиру, не важно по какой причине, она словно просит его или даже приглашает повторить то, что произошло между ними?

— Твоему зятю не грозит увольнение, Миранда, — резко оборвал ее Дариус. — Я выяснил, что он один из лучших специалистов по электронике в «Мидас энтерпрайзис».

Она посмотрела вызывающе:

— Тем не менее приглашение на воскресный обед остается в силе.

— Не пытайся заменить мне мать, Миранда!

У Энди глаза расширились от изумления, настолько абсурдным показалось ей замечание при данных обстоятельствах.

— Надеюсь, ни у тебя, ни у меня нет сомнений на этот счет, — язвительно заметила она.

— Поверь, я не страдаю оттого, что мне не готовили домашних обедов.

Конечно нет, ведь речь шла о Дариусе Стерне — миллиардере, владельце дорогущих апартаментов в разных столицах мира и собственного реактивного самолета. Этим вечером он не задумываясь заплатил несколько тысяч фунтов за их билеты на благотворительный прием. О чем она думала, приглашая его в свою скромную квартиру на воскресное жаркое?

Энди вздохнула.

— Ладно: я предложила из вежливости, чтобы не остаться в долгу после сегодняшнего ужина.