Так мы приехали сюда. После всего, что было, такой тихий город был тем самым, что нужно Лексусу. Я легко устроился на работу в местное отделение прессы, мы нашли чудесную квартиру...
– Майкар оглядел кухню, на которой явственно была видна заботливая рука его омеги.
– А потом, как только всё устаканилось, мы начали готовиться к появлению малыша. Лексус сам отделывал и обставлял детскую, мы ничего не жалели.
– Дензел улыбнулся - комната действительно получилась замечательная.
– Мы уже начали планировать, когда поедем в областной Дом Малютки, когда в нашу дверь постучался Риан. Когда я его увидел, то сперва испугался. Но, как только увидел, что он беременный, тут же втащил в дом. Оставить его на улице я просто не смог, даже когда услышал имя Рейгана. Потом я увидел, как на парня смотрит Лексус, и всё понял. Я снова вспомнил про угрозы контрразведки, и Лексус мне сказал, что если я так боюсь, то могу уйти. Ему - бывшему санитару роддома - точно ничего не будет, если всё всплывёт. Я был поражён его решимостью и до самого утра беспокоился. Потом вернулся домой и увидел его с Салли на руках. И письмо. Я знал, что это очень опасно - принять в семью ребёнка беглого подпольщика, но отказать Лексусу просто не мог. Я сам пообещал ему, что он выберет нашего будущего сына, и он выбрал Салли. Тем более, что Салли был так мил, что все мои страхи отступили. И пахло от него так, что я был очарован с первого взгляда.
– Майкар мягко улыбнулся, и в этой улыбке отразилась вся его любовь к приёмному сыну.
– И мы забрали Салли к себе официально. Видя, как оживает рядом с ним мой любимый Лексус, я и сам полюбил нашего мальчика. Этот "совёнок" стал для моего омеги самым лучшим лекарством. Да, с ним было полно хлопот, как только подрос, но это всё было неважно - мы были очень счастливы втроём. Пока нам не принесли ваше первое письмо, мы и не подозревали, чьего ребёнка растили все эти годы. А теперь я особенно ясно понимаю, что подпольщики правы.

Поэтому вы и согласились помогать? Зная, что это опасно?

Да. Может, я и подписывал эти поганые бумажки, но жить так дальше нельзя. Считается, что мы, беты, - просто приспособленцы, живущие ради выгоды, нас часто недооценивают, чем мы и пользуемся... но ведь и мы тоже живые люди. У нас тоже есть потребность в душевном тепле и свои болевые точки. Для меня таким стал Лексус. Смыслом моей жизни, благодаря которому я прозрел. И я ни о чём не жалею.
– Майкар пригладил усы и надел очки.
– Дензел, сынок, когда вы вернётесь на базу... передай Риану, что мы обязательно сбережём Алекса. Что преданней людей, чем мы, он не найдёт. За то, что он сделал для Лексуса, я готов сделать всё, о чём он только попросит. И мы всегда будем рады его принять в нашем доме.

Я передам.

Со стороны двери донёсся тихий всхлип. На пороге стоял Лексус и полными слёз глазами смотрел на мужа. Затем молча подошёл и обнял его. Майкар усадил своего омегу к себе на колени и привлёк к своей груди, поглаживая по спине и мягко целуя. Он держал его бережно, но крепко, как величайшее своё сокровище. И, глядя на них, Дензел подумал, что не только импринтинг способен подарить беззаветную любовь. Она доступна каждому. Особенно, если боги сводят таких людей, как Майкар и Лексус. У этой красивой пары могли бы быть прекрасные здоровые дети... То, что Майкар чист и прекрасно ему подходит, было очевидно даже альфе. Именно такие пары и толкают колесо истории сквозь тьму веков. Медленно, с виду незаметно, но упорно. Именно на них и держится мир.

Прости меня, - тихо сказал Салли, виновато косясь на мужа.
– Я знаю, что это неоправданно...

Вполне оправданно. Это инстинкт, и я всё понимаю. И нисколько не сержусь.

Алекс крепко спал на папиных руках. Сегодня день выдался особенно тихим - Салли ни разу не огрызнулся. Он будто опомнился и взял себя в руки.

Совсем-совсем не сердишься?

Ни капельки.
– Дензел осторожно обнял своего омегу, и Салли даже не дёрнулся.
– Я достаточно изучил работы твоего деда по психологии.

Салли поколебался... и протянул ему спящего сына.

Хочешь подержать?

Лексус, украдкой наблюдающий за ними сквозь приоткрытую дерь, тихо ахнул. Альфа осторожно и вполне привычно взял своего "волчонка" на руки, а Салли бережно придерживал, чтобы уж наверняка. Он оказался очень трепетным родителем.

Ты настолько мне доверяешь?

Я дал тебе себя пометить. И если бы ты не был так нужен на базе, то я бы попросил тебя остаться здесь и охранять нашего мальчика.
– В глазах Двуликого заблестели слёзы.

Я бы с радостью, но я не могу бросить наше дело, наших друзей, твоих родителей... и тебя тоже. Я уверен, что оми Лексус и Майкар сберегут нашего малыша до нашего возвращения.

Салли улыбнулся.

Ты теперь тоже его оми называешь?

Да. Я ещё в свой первый приход сюда заметил, как много общего у него и оми Люциуса. Заботливый, добрый... А когда родился Алекс, то он так на него смотрел... - Дензел взглянул на приоткрытую дверь, учуяв запах омеги.
– А ещё оми сказал, что ты смотрел на Алекса точно так же, как Риан смотрел на тебя, когда ты родился. И что Алекс, как и ты, выходил на свет очень неохотно.

Двуликий невольно хихикнул, смахивая катящуюся слезу... и его улыбка увяла. Салли прислонился к крепкому плечу мужа, мягко поглаживая головку сына, покрытую тёплым чепчиком, и всхлипнул.

Я не хочу расставаться с Алексом... но мы должны вернуться на базу. Денз, любимый, ты же альфа. Ты голову не потеряешь. Не дай мне задурить. Делай, что хочешь, говори, что хочешь, но мы должны довести задуманное до конца.