– Я понимаю, - вздохнула Шейла, поудобнее устраиваясь в кольце сплетенных жилистых рук. – Но пережить смерть родного человека гораздо тяжелее, чем понять. А жить дальше с этой болью ещё тяжелей.

– Нам свойственно ко всему привыкать, - тихо шепнул Алан, взметая своим дыханием пряди мягких, отдающих запахом шампуня волос. – Привыкание - это один из самых ценных даров господа бога. Иначе мы бы все давно сошли с ума от горя. Поверь мне.

– Я тебе всегда верю. Ты же никогда не врёшь мне, правда?

– Правда, - грустно улыбнувшись, соврал Алан. – Помнишь, как в фильме «Ворон»? Что говорила Сара?

– Если смерть крадёт ваших любимых, не забывайте их, продолжайте их любить, и они будут жить вечно, - с придыханием произнесла Шейла. Она плакала, не стесняясь слёз, когда смотрела этот фильм в первый раз…. Брэндон Ли тот же час вошёл в когорту её любимых актёров. Да и убитая жена Эрика Дрейвена носила имя Шелли. В общем, «Ворон» занял весьма почётное место в её фильмотеке.

– И знаешь что? Ведь это правда, всё так и есть. Мы не должны забывать, Шелли.

– Алан, а ты сталкивался со смертью? Лицом к лицу?

Это был неожиданный вопрос в лоб. Юноша внимательно посмотрел на доверчиво прижавшуюся к нему сестрёнку. Не стоило забывать, что Шейла очень чуткая, умная и проницательная девочка. Тут она могла дать фору любой девушке постарше себя. Иногда она видела Алана насквозь и читала его, как раскрытую книгу при ярком свете дня. В такие моменты Алан всегда настораживался и собирал всю волю в кулак.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Не знаю, - честно призналась Шелли. – Просто мне кажется, что я ДОЛЖНА спросить.

– Сталкивался, - Алан провёл раскрытой ладонью по лицу Шейлы. – Только, пожалуйста, не спрашивай больше об этом, хорошо?

– Хорошо… Когда-нибудь я тебе пальцы откушу!

Шелли проказливо высунула язык. Алан тяжко вздохнул. Он НИКОГДА не лгал ей. За исключением одного момента, о котором не хотел лишний раз и думать. И сейчас не солгал. Но она хотела услышать более развёрнутый ответ. А его дать Блейз-младший был не готов.

– А я когда-нибудь схвачу тебя за твой наглый язычок.

Они оба тихо рассмеялись. Алан освободил забрыкавшуюся сестру и встал с кровати, предварительно бросив осторожный взгляд под ноги. Как бы коварный Ральф не напал из засады…. Шейла громко фыркнула.

– Не бойся, он тебя не съест.

– Надеюсь, ты не забываешь его кормить.

– Слушай, это ты мне его подарил!

– И уже давно пожалел о столь опрометчивом шаге, - хмуро буркнул Алан, у которого с самого начала не сложились хорошие отношения с хитрой и коварной черепахой.

– Признайся, что ты просто боишься его! – Шейла выпрямилась перед ним во все свои сто шестьдесят пять сантиметров, едва доставая темечком до подбородка долговязого братца.
– Раф такой миленький черепашка, а ты вечно его шпыняешь!

– Да это просто Годзилла какая-то! – из последних сил оправдывался Алан.

Шейла размахнулась и влепила кулачок ему в живот. Алан закатил глаза и, подражая недавней выходке девушки, упал на спину. На свой страх и риск, между прочим. Не стоило забывать о вездесущем Ральфе. Шелли с воинственным кличем плюхнулась на него сверху и отвесила ряд шутливых оплеух и пощёчин. Алан вяло защищался, жалобно моргая и причитая. Его немногочисленные знакомые и родители ОЧЕНЬ изумились бы, увидев обычно мрачного и хмурого юношу ТАКИМ. Но Алан позволял себе быть ТАКИМ только наедине с сестрой.

Однако Шейла слишком уж увлеклась, метеля его по физиономии, да и Ральф высунул свой нос из-под кровати. Алану показалось, что черепаха прямо засветилась от несказанной радости. Пора было прекращать театр. И Алан знал, как. Это средство всегда действовало безотказно.

– Шелли, прекрати! Заканчивай, я здаюсь! Шелли, Ральф уже близко! Он уже обнюхивает мою пятку. Шелли, ну на тебе же трусиков нет…

– Пошёл вон! – Шейла, спохватившись, гибкой рысью запрыгнула на кровать, натягивая края футболки на красивые бёдра. – Бесстыжий…

Алан проворно вскочил на ноги и взялся за дверную ручку, придерживая норовящее соскользнуть с бёдер банное полотенце. Ральф разочаровано защёлкал клювом. Юноша перевёл дух и подмигнул сестре.

– Спокойной ночи, Шелли. Ложись спать. Утром рано вставать.

– Спокойной ночи, Алан!

Глава 2

Похороны запомнились Шейле огромным количеством чёрных зонтиков. Моросил противный холодный дождь и, как грибы после дождя, в налитое свинцовыми тучами угрюмое небо уставились десятки раскрытых чёрных зонтов. На похороны Урсулы де Фес пришло немало народу. У эксцентричного дяди Фреда было полно друзей и знакомых. И каждый стоял под чёрным зонтом.