Тереза незаметно облегченно выдохнула. Села на переднее пассажирское и, дождавшись, когда парень займет водительское место и закроет дверь, сказала:

– Во-первых, я специально для тебя одевалась, прихорашивалась, чтобы понравиться, - Тереза говорила тихо, глядя прямо перед собой, но Черт слышал каждое ее слово,- Думала: увидишь – обрадуешься, что я …. Ладно, проехали. Во-вторых, самостоятельности я, конечно, хочу. Но и жить с предками мне нравится. Папка буйный, но мама его уравновешивает. А в третьих…

Девушка повернула голову в сторону парня. Улыбнулась грустно.

– Если бы мне приспичило поиграть, я бы не выбрала мужчину порядком старше, которого половина города боится, а вторая половина мечтает пристрелить. Я бы связалась со сверстником, если бы мне нужен был тупой секс, и трахалась бы направо и налево. Я выбрала тебя, хоть и знаю, кто ты и какой. И меня все это ни капли не напрягает. Наверное, потому что у меня характер поганый и вредный. И я, конечно, извиняюсь за свои слова, но и ты, пожалуйста, больше не ори так.

 Захара отпустило, также неожиданно, как и накрыло. Вернее, отпустило его, когда смотрел Заразе вслед, как она шла к дому. Девчонка ведь. И зачем орал? А Зараза смогла удивить. Переоделась. Вернулась. И все ему по полочкам разложила.

– Значит, не ненавидишь?
– заключил Черт. Зараза вздохнула. Ладошки в кулаки сжала. Выдохнула.

– Ты все же тупишь, Черт, - по глазам видел, теперь она начнет злиться, - Да я за тобой словно привязанная, как собачонка кругом ходила! Людей твоих подкупала, убалтывала, чтобы сообщали: где ты и с кем. У меня сеть агентурная образовалась, КГБ обзавидуется. Меня вообще на шпионаже за тобой переклинило. А потом этот, Шакал отморозок, в тебя стволом тычет. Я тогда впервые в жизни испугалась промазать, не успеть. А ты меня спрашивает про ненависть. Черт ты лысый, вот ты кто!

– Ясно, - Черт кивнул серьезно, а потом по-мальчишески совершенно, улыбнулся, - Любишь меня.

И не вопрос. Утверждение. Даже нет, он Заразе же и сообщал о ее собственных чувствах.

– Да пошел ты! – девушка уже не злилась, но и запал еще не прошел, - Ничего я тебе больше не скажу!

– Любишь, любишь, - он даже головой кивнул и движок завел. И весь такой из себя довольный, котяра сметаны объевшийся.

– Иди ты, самая сволочная сволочь из всех известных! – не унималась Зараза и к окну отвернулась, чтобы морду довольную не лицезреть.

– Да-да-да, детка, это любовь, - он даже головой в такт своего напева покивал, а Зараза сначала смотрела на него глазами полными слез, а потом и вовсе разрыдалась. Вот гад, он еще и поет, чего в принципе быть не может.

– Скотина рогатая! – ревела Тереза. А Черт по тормозам резко нажал и машину прямо посреди дороги остановил.

– Ну, ты чего, завязывай, давай, - Черт девчонку к себе прижал, чтобы осторожно, плечо не задеть, и слезы ладонью стер.

– Отвали, - всхлипнула Тереза, и в руках Черта не расслабилась, а только напряглась, - Взял и обгадил все, романтик хренов!

Черт Заразу по затылку, спине, плечам поглаживал ладонью, и ждал, когда она нарыдается и успокоится. А сам улыбался. И на душе было тепло. А еще он четко понимал, если раньше и был шанс все отмотать назад, то теперь уже нет. Еще утром он был уверен – наиграется девчонка, остынет, и забьет на Черта. И он смог бы отпустить. Ради нее смог бы. Подыхал бы в сторонке. А теперь нет. Теперь не сможет. После осознания, что он дорог девчонке, эта Зараза сильнее въелась в его кровь, вгрызлась в ДНК, и он уже ничего не мог сделать.

– А ты научи, - совсем тихо и как-то нерешительно попросил Черт, - Я не знаю, как.

Зараза замерла, реветь перестала. Всхлипнула и носом шмыгнула.

– Ну да, щас, - Тереза губы поджала, но и отстраняться от парня не спешила, - Научу тебя, потом надоем. И мое чудо ученое достанется какой-нибудь Машке Ивановой. Хрен угадал! Живи так и мучайся!

Захар усмехнулся, вернул девчонку на место. И нажал вновь на газ, трогаясь с места.

Больше Тереза не плакала, только удобнее устроилась на сиденье, и, подумав, руку на бедро Черта положила.

– Зараза, - выдохнул парень, когда хрупкая ручка скользнула по внутренней стороне бедра.

– Да-да, - согласилась девушка, а потом и вовсе решила мстить. Вот взял, и раскрыл ее секрет, гад рогатый. Пусть теперь его совесть загрызет!

– Скажи парням, пусть вперед едут, - Тереза лукаво посмотрела на Черта, на его сжатую челюсть, и на сильные пальцы, сжавшие руль. И рукой к ширинке на джинсах скользнула.

– Зараза! – прошипел Черт, и руку девушки от себя отстранил. Вот только Тереза сильно хотела мстить своему Черту. Ремень безопасности отстегнула и к парню повернулась.