Я решил, что для демонстрации новых веяний в музыке хватит трех песен. Первой будет «Блайнд» Дип Пепл. Причем, разумеется, не с родными словами, мне не нужно обвинение в низкопоклонстве перед западом. Но в ее размер хорошо ложится «Баллада о прокуренном вагоне», надо только ее совсем немного доработать - через три строчки на четвертую добавить один безударный слог. Думаю, их поэт с этим справится.

Второй будет «Даркнесс, даркнесс» Лед Зеппелин. Вот тут русский текст ребятам придется писать самим, пусть сочиняют какую-нибудь «Осень, осень». Ну или «Лето, лето», им виднее.

И, наконец, в третьей песне придется поправить только стиль, а и слова, и музыка сойдут исходные. Причем я только ее разрешу к широкому исполнению, а первые две - мол, я, как автор, категорически возражаю против любого их исполнения кем-либо еще. А сам, естественно, никогда на хоть сколько-нибудь широкую аудиторию исполнять не буду.

Да, но вернемся к третьей песне. Ей станет «И вновь продолжается бой», но в другом исполнении. Я, разумеется, слышал ее рок-варианты, но они мне не очень нравились. Пусть ребята попробуют адаптировать песню под стиль «Урия Хип».

Это, конечно, будет воровство в чистом виде. Но у кого? У Пахмутовой! Небось не обеднеет эта злобная карлица. И муж ейный тоже не обеднеет.

Наверное, ребятам, учитывая знакомство Антонова с их лидером, ста пятидесяти тысяч в качестве гонорара хватит. Хотя ладно, не будем сквалыжничать! Не пожалеем на развитие самой идейно выдержанной в мире советской музыки двухсот тысяч российских рублей.

Ребята взялись за предложенное им задание и выполнили его в течение недели. Каждая песня была представлена в двух вариантах - с голосом и в виде минусовки. А то мало ли, вдруг я что-нибудь сам соберусь спеть!

С пахмутовским творением у них получилось просто замечательно. Мало того, что стиль был выдержан почти идеально, так они еще ухитрились вставить в песню знаменитый проигрыш из «Симпати». Причем так, как будто он всегда там был.

Уже в шкуре Скворцова я выбрал время, когда, как мне казалось, в квартире никого не было, и попытался спеть под музыку из будущего. Однако сразу выяснилось, что до Яна Гиллана мне далеко. Или «Блайнд» пел Эванс? Ну так и до него ничуть не ближе. В общем, первая песня пойдет целиком в исполнении ресторанной рок-группы.

Зато со второй - «осень, осень» - у меня неожиданно стало неплохо получаться. Более того, я смог ее не только спеть, но и вести партию акустической гитары. Интересно, это у меня талант шли просто песня такая, что ее может спеть и сыграть даже такой, мягко говоря, не совсем виртуоз в музыке, как я? Увы, скорее второе.

И, наконец, третья песня тоже пусть идет в исполнении из будущего. Не то чтобы я такое совсем уж не мог изобразить, но ребята пели серьезно, а у меня серьезное отношение к данному тексту ну никак не получалось. Так и хотелось где-нибудь схохмить.

Летом шестьдесят пятого года в расстановке фигур на вершине власти уже были заметны расхождения с прошлым Антонова.

Устинов почему-то не стал членом Президиума и секретарем ЦК, оставаясь заместителем Косыгина. Зато в Президиум пролез Егорычев. Ему вроде по должности положено, он же первый секретарь Московского горкома, но в другом прошлом как-то не получилось, а здесь вышло. Совсем недавно Шелеста и Подгорного проводили на пенсию. Ясно, что это было как-то связано с полученной от меня информацией, но свои дела со мной ни Шелепин, ни Косыгин не обсуждали. Мне, как и всем советским людям, оставалось получать информацию из газет, пытаясь читать там между строк, и слушать вражьи голоса, у которых и правда, и не очень корректные предположения, и откровенное вранье присутствовали примерно в равных дозах.

Впрочем, понять логику событий было нетрудно. Брежнев, он был ведь силен не сам по себе, а благодаря команде друзей и подхалимов, протащенных им наверх. Ну, а тут Алексей с Александром пытались этого не допустить, совместно продвигая своих. Чтоб, значит, в ближайшем будущем образовалось не брежневское «малое политбюро», а шелепинско-косыгинское. Если это получится, то Леню будет необязательно даже убирать с поста первого секретаря, сделать он все равно ничего не сможет. Хотя я бы все равно убрал, вряд ли Леонид Ильич согласится с прозябанием на вторых ролях. Небось начнет потихоньку интриговать. С другой стороны, когда начнет, тогда можно будет и убрать, а то сейчас сакральный смысл такого действа будет понятен далеко не всем, и может возникнуть недовольство пополам с опасениями. Мол, сегодня Леню ни за что, а завтра кого? Так и до повторения сталинских времен недалеко.

В общем, в Президиуме пока сохранялся так называемый «ленинский коллегиальный стиль руководства», и не сказать, что в самом плохом варианте. То есть власть, отобранную у Хрущева, соратники по партии толком поделить еще не успели.

Мое будущее место работы, НИИ «Мечта», строился ударными темпами, малый корпус был уже готов, в нем началась отделка, да и большой от него не сильно отставал.

Это было типовое здание школы, подобных с середины шестидесятых много настроили по Москве, а потом и всему СССР - трехэтажное здание спереди, застекленный переход и двухэтажное сзади. В нем три сравнительно больших помещения - актовый зал, столовая и спортзал. И несколько классов поменьше - мастерские и какие-нибудь кабинеты. Не исключено, что актовый зал будет использоваться по прямому назначению - для испытаний электромузыкальной аппаратуры. Вот со спортзалом так не получится, там в скором времени образуется производственный участок. И под ним тоже, с более тяжелым оборудованием.