– Нет-нет-нет, всё хорошо!
– поспешила я заверить, видя, что Денис уже расстроился, хоть и старался этого не показывать.

Пришлось тут же переходить к делу: быстро снять с него очки и прижаться к губам, пока не осознал, что происходит.

Сразу он и правда несколько оторопел, но потом очень активно включился в процесс, притянув меня к себе. И только что и можно было расслышать громкие голоса наших соседей, проходивших мимо машины, и тихое хихиканье Машки.

***

Нет, я понимаю, кафе. Но, по-моему, это уже тянет на ресторан.

Я ещё раз осмотрела помещение. Сразу даже не скажешь, сколько человек может вместить. Одно точно - много. На круглых столах белые скатерти, свежие цветы в хрустальных вазочках. Огромные окна - любуйся на море и горы сколько влезет, а есть и балконы, где можно устроиться со всеми удобствами и наслаждаться прекрасной едой и видами.

Но это было всё ещё ничего. А потом подошёл хозяин... кафе.

Я даже забыла, как дышать. Потому что тут же узнала в этом щеголе того самого, что подходил ко мне на берегу моря. И... снился.

– Добрый день, - улыбнулся он и посмотрел на меня, потом - на Машу. При этом на неё куда пристальнее.
– Добро пожаловать в моё скромное заведение. Меня зовут Ниль, я к вашим услугам.

Тут же закралось сомнение: он пи? Может быть, у меня сегодня день такой, что кажется: всё когда-то видела. А ещё имя... где-то читала, что вроде бы «ниль» - это по-татарски «черный». Забавно.

Мы представились, Денис вкратце рассказал историю нашего знакомства. Вскоре я уже и позабыла, что нахожусь в обществе мужчин, которых слишком мало знаю. Оба оказались остроумными собеседники, с преотличнейшим чувством юмора и замечательными манерами.

С каждой минутой я вдруг осознавала, что нигде Ниля видеть не могла. И сон мне снился вовсе не про него, а про Дениса. А тогда на берегу? Разве там вообще кто-то был?

Когда Денис меня увёл на балкон подышать свежим воздухом, я поняла, что Машка попала. Не отреагировать на обаяние можно только в том случае, если вы слепоглухонемая монахиня. И да, дело тут не в монахине, потому что этот совратит и святую.

– Помогаешь другу?
– ехидно уточнила я, стоило нам оказаться на балконе.

– Не помогаю, а способствую соединению двух одиночеств, - ни капли не смутился Денис.
– К тому же твоей подруге он тоже понравился.

Тут, конечно, не возразишь. Ниль только взял её за руку, а она уже придумала имена их детям. И при этом не факт, что у красавца-ресторатора есть возможность сбежать из её цепких ручонок.

– Кстати, - невинно начал Денис, обнимая меня со спины и прижимая к себе.
– Когда я получу ответ на своё предложение?

Сердце пропустила удар, в один миг стало жарче, будто хлебнула вина. Да-да, того черного мускателя, который Денис и продал. Его дыхание обжигало мою шею, губы касались кожи.

И стало совершенно неважно, что тут кроме нас есть кто-то ещё. Впрочем, не настолько, чтобы позволить лишнего. А просто стоять рядом, чувствуя, как он сжимает меня в объятиях и, затаив дыхание, ждет ответ.

Паническая мысль, что я во всём ошибаюсь, вспыхнула и исчезла. Заполошная, безумная, глупая. Ведь мне так хорошо с ним и... правильно.

– Ну, так что, Инна, - шепнул Денис мне на ухо, - ты согласна стать моей женой?

– Да, - тоже шепнула я и, чуть повернув голову, посмотрела ему в глаза.
– Только при одном условии.

Денис не изменился в лице, но я чувствовала, что всё же напрягся. Вон, и сжал крепче, словно я собралась вырваться крылатой птицей.

– Каком?
– спросил он.

– Мы завтра собираемся и едем знакомиться с моими родителями.

На несколько секунд повисла тишина. Кажется, Денис растерялся. Наверно, ожидал, что я сейчас потребу звёзд с неба или все виноградники Крыма.

– И все?
– тихо уточнил он, видимо, всё же не веря, что всё так просто.

– Если ты выдержишь моих маму, папу, тётю, кузину и двоюродного дедушку, то я твоя, милый, - захлопала я ресницами.

Меня тут же сгребли в охапку и поцеловали так, что голова пошла кругом.

Отвечая на поцелуй и прижимаясь к Денису, успела только подумать, что вытерпеть мою одесскую семейку - испытание ещё то. Так что держись, продавец вина!

***

– Я ради этого даже покинул гору, - заметил Петри, наливая вина в хрустальный бокал.

Сидевшая напротив Умай-та очаровательно улыбнулась. Сейчас в прекрасной черноволосой женщине в бордовом платье и унизанными золотыми браслетами смуглыми запястьями с трудом можно было узнать ту самую богиню воды, которая сидела на коленях Аксайна.