Шрифт:
— Видитесь?
— Нет. Глупо жить прошлым. Я ответила на твой вопрос?
Макаренко покосился на девушку. Она по-прежнему смотрела в одну точку, нижняя губа слегка закушена…
«Еще пару таких вопросов, — подумал Макаренко, — и тебя попросят остановить машину. Или без просьбы выскочат на полном ходу. Стоит ли портить вечер?»
— Вполне, — ответил он.
Вдали над одинаковыми как пчелиные соты пятиэтажками показалась характерная крыша здания, смахивающая на причудливой формы острие широкого многоуровневого гарпуна.
Лицо Алены мгновенно изменилось. Куда подевалась опытная женщина, минуту назад жестко и жестоко рассуждающая о любви? Рядом с Макаренко снова сидела милая кошечка, полными восторга глазами глядящая на мир.
— Так мы едем в «Пагоду»?
— Угу, — кивнул Макаренко, сворачивая на прямую, словно стрела, дорогу, ведущую к клубу.
На этой дороге кратеры отсутствовали. Как отсутствовал даже намек на снег или лед. Дорога напоминала автобан, по которому — эх! на «феррари» бы прокатиться. Или, на худой конец, на «ягуаре». Н-да…
И вдруг его озарило:
«Так вот оно, необычное! Если вдуматься, с какой это радости местным нуворишам в обычном провинциальном городе наворачивать эдакий дорогостоящий проект столичных масштабов? Пятиэтажный ночной клуб… Таких в Москве-то не сразу сыщешь. Жемчужное зерно в куче навоза. Так-так… Надо исследовать сие заведение на предмет причастности к подземному заводу. Итак, гражданин следователь, совмещаем приятное с полезным».
Он покосился на сидящую рядом Алену.
«Вернее, надеюсь, приятное… С едва ли полезным для здоровья».
Часть третья
Убить дракона
— Ну это… Лаборатория у нас там. А что, Стас тебе не говорил?
Александра опустила «Узи».
— Я же здесь каждый шуруп знаю. Что за лаборатория такая? Показать сможешь?
Качок посмотрел на труп шефа и нерешительно пожал плечами.
— Ну, Афанасий-то это самое… Значит, насчет этого надо у Стаса спросить…
Александра выразительно качнула стволом автомата.
— Со Стасом все. Спекся твой Стас. Слили его вглухую, как и твоего Афанасия. Так что теперь я здесь для тебя царь, бог и вор в законе. Возражения, Вася?
Вася покосился на автомат и возражать не осмелился.
— Ну ладно, пошли, — прогудел он. — Жмуров-то что, с собой переть будем? До лаборатории по подземному ходу еще с километр пешком тащиться.
— Ладно, бес с ними, — сказала Александра. Ее ноздри хищно раздувались, как у пантеры, учуявшей добычу. — Веди. Давайте оба вперед.
— Да ты никак нас конвоировать собралась? — поднял бровь Витек.
Александра хмыкнула.
— Знаешь, Витя, как-то мне спокойней, когда я вижу твою спину, а не наоборот.
Витек усмехнулся в ответ.
— Так наоборот-то ты как раз и не видела. Опасаешься? Потому и в спину смотреть спокойней?
— Опасаюсь? Я? — скривилась Александра. — Просто подозреваю, что зрелище будет скучным, обыденным и малопривлекательным, как и его хозяин. Давай шагай, остряк самоучка. Да под ноги смотри, а то споткнешься ненароком и наоборотом своим в пол воткнешься…
Поезд дернулся в последний раз и остановился. Стас открыл глаза.
Унылый вагон электрички, потертые скамейки, изуродованные надписями и перочинными ножами, пассажиры вагона, плотным косяком враскачку бредущие к выходу, перрон за окном…
«Приехали…»
Вставать не хотелось. В голове плавало облако грязноватой мути, которую, казалось, можно было бы потрогать пальцами, если вынуть глазные яблоки, на которые она слегка давила изнутри.
«Выстрел… Похоже, шприцем со снотворным… Потом шприц без выстрела… Сихан… Передать послание…»
Стас помотал головой. Муть лениво перекатывалась в черепе, как подсолнечное масло в бутылке.
«Интересно, чем они меня накачали? Даже как в поезд сажали не помню…»
Женщина в железнодорожной форме потрясла его за плечо.
— Выходим, молодой человек. Москва…
«Москва… Передать послание…»
Стас встал и, пошатываясь, направился к выходу.
Женщина покачала головой ему вслед.
— Вот ведь… Здоровый, молодой — а тоже наркоман. Глаза ваши стеклянные, бесстыжие…
Стас вышел на перрон. Яркое зимнее солнце полоснуло по глазам желтым лучом. Стас зажмурился. Муть не пропала, но хотя бы перестала давить на глаза.
Он вышел из здания вокзала, стараясь не шататься при ходьбе. Пошарил по карманам куртки, нашел пачку денег и деревянную трубочку с посланием… «которое надо передать…».