– Букач, тебе там, в сумке, не кажется, что след пролег на обеих сторонах проезжей части? А?

– Да, о Великий, ты так мудр!

– Угу. Продолжим консилиум. А какой из них свежее?

– Дальний-то чуток свежее, о Великий!

– Угу. И я тако же мыслю.

Дело в том, что магический след на проезжей части Комендантского проспекта, вдоль которого мы с Букач шли походным маршем, вдруг сдвоился: побежал навстречу по дальней полосе. Это означало, что те, кого я выслеживал, развернулись на сто восемьдесят градусов, и что мне уже не было нужды петлять вслед за ними, достаточно пересечь поперек Комендантский, сэкономив тем самым силы и время… Но я на всякий случай не поленился и дошел до перекрестка с Долгоозерной улицей, благо было уже совсем рядом, и там уже преодолел проезжую часть по зебре и повернул в обратную сторону, к юго-востоку.

Метрах в трехстах, или даже чуть ближе от перекрестка, следы повернули направо, между жилым домом и универсамом…

А вот она, бээмвуха, стоит возле этого… как там в бюллетене по недвижимости… возле отдельно взятого строения. А пятна из машины – скок, скок, скок по ступеням неширокой лестницы и внутрь. Пришли.

Гордый своим хитроумием и врожденной способностью к конспирации, я повернулся спиною к машине, добыл из кармана трубку и, с помощью полубессвязных междометий, сопровождаемых неяркой жестикуляцией, стал беседовать о чем-то с пустотой. И только потом уже постепенно развернулся, чтобы не спеша рассмотреть объект моего интереса. Может, я и не Джеймс Бонд и не Шерлок Холмс, но имею зачаточные представления о слежке, о пользе предварительного анализа. А если бы я был еще умнее, и не задним числом, как сейчас, черт подери!.. я бы, начиная преследование, вышел бы из дому, накинув на себя невидимость!.. И трубку бы отключил, во избежание!.. Впрочем, сойдет, даже и лучше, что в эту кашу ввязался как бы простой человек, а козыри прибережем, в рукаве подержим.

Дом – под номером 26, нежилой, обычный для наших новостроек, прямоугольного сечения, если сверху, из мэп-виртуального неба на него смотреть, два с половиной этажа, цвет желтый, вместо перил у лестницы – монументальные такие прямоугольные ограды, щеки-плиты из оштукатуренного кирпича… Входные двери, пока я болтаю да глазею, никого не впустили, не выпустили… возле дверей табличка… даже две… монументальные такие табличищи, на века изваянные, в тон лестничным ограждениям… Домик – очевидно, что обитаемый: стекла и стены умытые, почти на всех окнах занавески, за ними – освещенные электрическим светом помещения… Значит, и люди там.

«Муниципальное образование номер…» Фиг его знает – мое оно или не мое, поскольку не имею ни малейшего представления, под чьим муниципальным номером числится мое обиталище… «Лаборатория технологического анализа при муниципальном…»

И что же мне нужно в этом образовании… или в этой лаборатории?..

Минуты две, наверное (уже спрятав трубку и забыв о собственной конспиративной хитрости), смотрел я на двери, в тупой надежде сообразить какой-нибудь удобоваримый предлог для вторжения и контакта… Не придумал, и пошел наобум.

Как бы не так! – дверь закрыта. Я стал искать взглядом звонок, но селекторная связь меня опередила:

– Добрый день, вы к кому?

– По вызову.

– По какому вызову, к кому именно? – Голос женский, а женщины въедливый народ, бдительный.

– А, это… я… ну, это…

Непреходящий стресс и глупое положение, в которое я попал, помогли мне, как это ни странно, отреагировать «результативным» способом: коротко мекнув что-то невразумительное, я стал лихорадочно шариться по карманам, вынул трубку, в полном замешательстве ткнул туда пальцем, раз, другой… Дверь открылась и оно неудивительно, по большому-то счету, дурачья всегда в избытке по обе стороны любой преграды.

Уж не знаю, чего там ожидало обнаружить мое выпрыгивающее из груди сердце, но – все было как везде: коротенький тамбур между входными дверями, за ним небольшой полутемный квадрат «предбанника», перегороженного пополам невысокой металлической оградой с турникетом возле «пропускной» будки. Турникет – обычный «трипод», с тремя заградительными штырями-антеннами. Вахтер – увесистая на вид тетка предпенсионного возраста.

– Добрый день!

– Добрый. Вы к кому?

– Я бы хотел узнать, кто владелец красного БМВ, припаркованного возле вашего учреждения. И желательно было бы мне с ним, или с нею – срочно переговорить.

– Молодой человек! – тетка в будке, не отрывая взгляда от моего лица, сунула толстое запястье перед собою, нажала на какую-то кнопку, а может быть клавишу, но прямо отвечать на мой вопрос, а также пропускать меня сквозь турникет так и не собралась. – Какой БМВ? И при чем тут я, и какая мне разница – красный, зеленый? Здесь вам не справочное бюро, молодой человек, не ГАИ и не автоцентр. Соизвольте немедленно покинуть служебное помещение. Будьте так добры!

Будка со стеклянными стенами позволила увидеть, как за нею распахнулась массивная одностворчатая дверь, выпустив к нам в предбанник дюжего молодца в черной униформе, разумеется – с надписью поперек спины: «ОХРАНА».

– Чё тут?

– Боря, здесь молодой человек ведет себя странно, пропуска у него нет, документов не показывает, но непременно хочет знать – кто и зачем здесь паркуется!

Увы, на арапа не прошло. И раньше у меня отсутствовал стройный план действий, а теперь вообще… Мужик Боря надвинулся на меня, но пока без применения ног и рук. Здоровый лось в ширину, а ростом и возрастом примерно с меня. Почему они все так любят косить под бандитов: стрижки наголо, спесивые неулыбчивые рожи?.. Задачи-то ведь им поставлены защищать, а не запугивать?..