— Лита! — выдохнул де Мариньи и инстинктивно рванулся в ту сторону, откуда донесся крик.

— Стой, Анри, — удержал его Кроу. — Поверь мне, мне так же не терпится сразиться с ними, как и тебе, но давай сначала спрячем часы времен и устроим засаду. Давай посмотрим — может быть, мы сумеем разузнать, что именно тут происходит.

Только-только друзья успели перенести часы времен в густые заросли ежевики на краю поляны и закрыли за собой дверцу, чтобы яркий свет, исходящий от часов, не выдал их присутствия, когда на противоположной опушке поляны появилась группа рогачей. Между ними — дрожащие, со связанными руками, в изодранной одежде, — пошатываясь, брели две возмущенные девушки, Тиания и Лита. Кроу и де Мариньи все это видели очень ясно, потому что два рогача несли фонари, озарявшие все вокруг ярким желтым светом. Рогачи продвигались вперед и тащили женщин к огромной каменной плите.

— Титус, — прошептал де Мариньи, дрожащей рукой держа под руку друга. — Я не могу это…

— Тс-с-с! — утихомирил его Титус. — С нашими девочками все в порядке, Анри. Просто с ними грубо обходятся, вот и все. Прежде чем действовать, давай разузнаем как можно больше.

Оказавшись на середине гнилой поляны, один из рогачей прошел вперед, поднял фонарь повыше и принялся читать руны, высеченные на поверхности каменной плиты. Звуки, произносимые им, ни за что не смогли бы издать голосовые связки человека, а рогач очень бегло читал на этом чужом для Земли языке. И вот, в ответ на произнесенные нараспев руны плита вдруг с жутким скрежетом и дрожью начала приподниматься на невидимой оси. Рогач продолжал свое варварское песнопение. Девушек подтащили ближе к плите.

— Значит, так, Анри, — процедил сквозь зубы Кроу, резко схватив друга за плечо. — Ты постарайся, по возможности, отвлечь этих мерзавцев, а я введу в игру часы времен!

Де Мариньи не пришлось долго уговаривать. Он выскочил из корпуса часов, завернувшись в плащ, проворно взлетел вверх и с высоты спикировал на троих рогачей. Один из них с диким, пронзительным воплем рухнул в зловонную дыру, открывшуюся при подъеме плиты. Второй упал на болотистую землю и замер в неподвижности. Третий вскочил на ноги, но Де Мариньи мгновенно ухватил его согнутой в локте рукой за жирную шею и уволок за собой, поднявшись в воздух с помощью летучего плаща. В следующее мгновение булькающий крик этого рогача стих, а его тело с переломанными костями упало на продолжающую открываться каменную крышку подземелья.

Несколько секунд спустя де Мариньи снова резко опустился с высоты, но на этот раз его ждали. Четверо рогачей не слишком ловко сражались с девушками, пытаясь спихнуть их в дыру, открывшуюся под каменной плитой. При этом они то и дело опасливо поглядывали наверх. Еще пятеро размахивали ятаганами, пытаясь ранить сновидца, проносящегося в летучем плаще у них над головами.

Но тут за дело взялся Титус Кроу. Из кустов ежевики на краю поляны с треском вылетели часы времен. И в то самое мгновение, когда рогачи увидели странное творение Старших Богов, Кроу пустил в ход ужасное оружие часов.

От четырехстрелочного циферблата потянулся луч слепящего белого света. Первым делом он ударил по тем пятерым рогачам, которые пытались причинить вред порхающему над поляной де Мариньи. Мгновение — и рогатые твари были рассечены пополам. Четверо мерзавцев, державшие девушек, мгновенно их отпустили и бросились наутек. Троих Кроу рассек разящим лучом света и с его же помощью выследил четвертого, который попытался спрятаться за каменной плитой, которая к этому времени встала почти вертикально!

Луч, которым управлял Кроу, угодил прямо в плиту… и в следующее мгновение вся поляна сотряслась от рвущего барабанные перепонки грохота. Чудовищная дверь, ведущая в подземный мир, разлетелась на куски. Хорошо еще, что ни один из большущих обломков камня не попал в девушек, которые в страхе пятились к опушке. А когда рассеялся дым, стало видно, что они стоят, едва держась на ногах, и поддерживают друг дружку. Наконец рядом с ними совершил посадку де Мариньи, обнял их и прижал к себе.

И только тогда, когда, казалось бы, непосредственная опасность миновала, стал ясен подлинный ужас положения.

В то самое время, когда де Мариньи стоял, обнимая несчастных девушек, и когда Титус Кроу, находившийся внутри часов времен, наблюдал за зрелищем на поляне, где стало темно, потому что погасли фонари рогачей, послышался подземный рокот, и из разверзшейся ямы хлынул вверх фонтан слизи и зловонных газов. Де Мариньи, которому пришлось почти что нести Литу и Тианию на руках, попятился назад от кошмарного фонтана. А Титус Кроу, защищенный практически непроницаемым корпусом часов времен, повел свое волшебное судно вперёд, и оно повисло в воздухе над самым краем ямы.

С помощью сканеров Кроу заглянул в мрачную, зловонную бездну… из которой внезапно, без предупреждения, наружу хлынул отвратительный поток ужасов — словно бы прямиком из самых страшных снов безумца!

Эти твари вполне могли быть эфирными, но казались настолько материальными, что Кроу невольно в большой спешке увел часы времен подальше от края ямы. Десятки, сотни чудовищ выливались наружу, словно гной из прорвавшегося абсцесса, — бесконечная волна монстров, сотворенных машинами безумия Ктулху и стремящихся наводнить подсознание смертных сновидцев. О, это вправду были настоящие ночные кошмары!