Рэд был беспощаден, показал ему кукиш, с весёлым презрением:

–Вот! Понял?! У тебя уже ничего нет – ни цеха, ни жены. И товара нет.

–Нет! Только не это! Я продам минералку (уже договорился), и заплачу положенное! Обещаю!

–А дальше? Как дальше будешь платить, если из-за твоей тупости, менты сегодня ранним утром разгромят здесь все? Даже не разгромят, а аккуратно вывезут, и сынок, а, может быть, племянник, какого-нибудь властного «шишки», продолжит во всю шпарить поддельную газированную воду. Что? Что скажешь? С новым «варягом» приехало семьдесят родичей и друзей с Дальнего Востока, и сейчас, начался новый передел. Ты, тварь, кому из новых, «заранее» сдал свой бизнес?!

–Никому ничего не сдавал! Пожалуйста!

–Поздно. Товар, Голубая Молния забирает себе в счёт выплат и твоего тупого банкротства!

–Там ведь много больше!

–Убью, сука, если будешь вякать!

Миша, наблюдая за сценой расправы, снова наполнился изумлением – жену Стеклова безжалостно насиловали, её крики пронизали округу, а тот торговался из-за своих прибылей. Ну, и падаль он конченная! Они достойны того, чтобы над ними изголялись всякие «молнии» и другие уроды, если забыли основные понятия о чести и уважении к себе…

Мише уже было не жаль, вымазанного кровью Стеклова. Сердце надрывалось, только, из-за его жены, да, и то, в глубине души, гнездилось сомнение, искренни ли её крики – ведь все они, жены данников Голубой Молнии, не однажды отрабатывали дань «натурой».

Из тёмного дверного проёма склада, показался один из утомлённых амбалов.

–Пашка, накажи его! – Рэд Пятачина указал на, стоявшего перед ним на коленях, Стеклова.

Амбал недовольно скривился: «Опять!», но послушно начал расстёгивать свои кожаные брюки.

Стеклов, в ужасе, замотал головой, встал на четвереньки, и быстро-быстро, пополз прочь.

Пашка, с полуспущенными брюками, белея задницей, нагнал Стеклова.

Миша, отворачиваясь, включил двигатель своей иномарки (он так и не выходил из машины), стал разворачивать авто, собираясь уезжать.

–Ой-ё! – взвыл Стеклов.

Рэд Пятачина замахал рукой Мише.

–Стой! Стой, тебе говорят!

–Что?

–Почему уезжаешь? Я тебя не отпускал.

–Я просто машину разворачивал.

–Сиди и жди. Вместе уедем.

На территории завода, урча, въезжал «камаз» с тентованным прицепом.

Амбалы выносили со склада пластиковые упаковки минералки по шесть полторалитровых бутылок, ставили их на землю. Миша напряжённо ждал, когда из склада выползет жена Стеклова, но она так и не показалась…

Амбал Пашка, «наказав» Стеклова, уже с деловым видом руководил водителем «камаза», показывая ему, как подогнать фуру под погрузку.

Опозоренный Стеклов куда-то уполз – о нём все забыли, это был отработанный материал…

Миша, громко вздохнув (эксцессы на сегодня ещё не кончились – он это чувствовал внутренним чутьём), покинул своё убежище в машине, встал рядом со своей «тойотой» и закурил.

Амбалы, потея, быстро-быстро, таскали упаковки минералки в фуру. Миша, глядя на злого Рэда, вдруг подумал, что варнак мог заставить его принять участие в «наказании» Стеклова. Тогда бы его легенда сразу закончилась – он бы отказался, и вся операция полетела бы насмарку, в тар-тары-ры. В душе дёрнулся запоздалый испуг, но тут же пришло облегчение. Слава богу, что Рэд думал в первую очередь не о проверке «подозрительного» Миши, а о недополученной прибыли с разрушенного бизнеса Стеклова.

Миша посмотрел на Пашку, выдохнул дым через нос. Беспредельщики, животные. Они ведь могли не забирать минералку, а просто предупредить Стеклова о намечаемой облаве, но им обязательно обвинить и надругаться, и всё запахать своими загребущими руками. Жадные твари. Скоты. Уроды. Беспредельщики. И этих беспредельщиков сам бог велел наказать, и наказать жестоко. Так наказать, чтобы другие подобные уроды содрогнулись и никогда даже помыслить о возможности подобного беспредела даже подумать боялись.

Только такой вариант развития событий гарантировал стопроцентный результат!

Минералку погрузили. Рэд подошёл к Мише, в упор посмотрел в его глаза. Холодный, жестокий взгляд. На что Миша сильный и бесшабашный, что этот взгляд наглого урода своим упорством колебал волю.

Рэд прорычал:

–Можешь ехать. И не расслабляйся. Будет тебе генеральная проверка!

–Что?

–О проверке не забывай!

Рэд отвернулся, проворчал так, чтобы Миша слышал:

–Тормоз ментовский! Урод!