Мы оставили машину на небольшой парковке у пляжа и, скинув кеды, по прохладному вечернему песку побежали к деревянной лестнице.

Алекс был одет в коричневые бриджи и черную футболку. На шее его красовалась золотая цепочка, а на поясе была повязана черно-белая клетчатая рубашка. Русые волосы так же, как и всегда, взъерошены.

Мы бежали, смотрели друг на друга и смеялись. Громко и искренне. Так мы показывали миру, что счастливы.

Когда мы вошли в "Океан", на нас налетел парень - его толкнул кто-то, стоявший у барной стойки.

– Простите, ради бога, простите, - парень повернулся, и я узнала в нём Алана Фергюсона.

– Алан! Какими судьбами?
– я бросилась его обнимать.

– Мишель, дорогая моя, - высвободившись из моих объятий, он протянул руку Алексу, - Алекс, вечер добрый. Да уж, в этом баре явно не любят геев, - он улыбнулся, глазами указав на парня у барной стойки. Какими судьбами, говоришь? Я думал, Грэйс тебе сказала.

– Сказала что?

– Что мы с Одри и Деб проведем это лето здесь. В пляжном домике неподалеку.

– Одри и Деб здесь? Вот это новости. Хотела убежать от работы, а работа прибежала за мной, - я засмеялась.

– Предлагаю выпить по коктейлю, - сказал Алекс.

– Отличная идея! Слушайте, раз уж встретились, пойдемте к нам за столик.

– Алекс?
– спросила я.

– Я абсолютно и полностью за!

– Мишель? Вот это встреча!
– поднимая стакан с виски, продекламировала Дебби.

– Дорогуша, а я уже успела соскучиться, - Одри кинулась меня обнимать.
– Алекс, привет. А что это вы здесь вместе? Хотя... Не объясняйте, - она прищурилась и хитро улыбнулась.

– Одри!

– Что "Одри"? Я просто смотрю и делаю выводы. И пока что выводы очень даже положительные.

– Кендал, прекращай делать выводы, давай лучше выпьем, - сказал Алан.
– Друзья, это невероятно, что сегодня мы все здесь, - он разлил виски по стаканам и подал мне и Алексу. Мы стояли вокруг небольшого деревянного круглого столика возле сцены. Летние, веселые, яркие, живые. Я, Алекс, Одри, Деб и Алан.
– Давайте выпьем за то, чтобы это лето не заканчивалось!

Стаканы взлетели в воздух и под шумное "Ура!" стукнулись друг об друга. Так начиналась наша первая ночь в Майами. И она была прекрасна.

Глава 38

Спустя какой-то час мы с Алексом уже безудержно отрывались в самом центре зала. Я забыла обо всем. Забыла о доме, о маме с папой, о "Форджес". Для меня сейчас существовали только "Океан", гул музыки, люди в пьяном угаре и недопитый стакан виски.

Минуты пролетали как секунды, а секунды пролетали незаметно. Мы всё танцевали. И были ужасно пьяны.

– Мишель, - закричал Алекс, пытаясь заглушить музыку.

– Что?
– ответила я, не прекращая поддаваться ритму.

– Ты такая красивая!

– Что?
– я его почти не слышала.

Алекс подошел ко мне ближе и наклонился к левому уху.

– Ты очень красивая, - услышала я.

Биты в песне становились всё быстрее и громче, свет то гас, то вновь включался. "Раз, два, три... Бам!" Барабаны, и новый взрыв музыки.

Мы с Алексом посмотрели друг на друга ни к чему не обязывающими взглядами. И поцеловались. Я обняла его за шею. Он прижал меня к себе. Казалось, это длилось вечность.

– Алекс, - внезапно я открыла глаза и оттолкнула его.
– Прости, - я убежала.

– Мишель, постой, - он поспешил за мной.

Я постучал в красную дверь туалета. Я знал, что она там.

– Мишель, открой. Ну, пожалуйста.

– Алекс, - донесся из-за двери знакомый голос, - это было так глупо.

– Да... Конечно. Это как поиграть в бутылочку, - говорил я.
– Ничего серьезного. Ведь у тебя нет парня, у меня нет девушки... Ну, подумаешь, поцелуй. Мы же ведь всё равно друзья, - я сам не верил в то, что говорил. Но сейчас ей нужно было именно это.
– Ведь друзья? Мишель?

Дверь открылась. Она вышла. Посмотрела на меня. Улыбнулась. Подошла ближе. Обняла за шею. Так же, как обнимала, когда мы с ней целовались.

"Идиот, Алекс, какой же ты идиот!"

– Друзья, - мягко сказала она.

– Вернемся к ребятам?

– Выпьем ещё виски?
– улыбнулась она.

– А знаешь, пожалуй, выпьем ещё, - я обнял её за плечо, и мы вышли в шумный зал.

– Где вы пропадали?
– выкрикнула Одри, когда мы подошли к столику.

– Мы танцевали здесь, - я пожала плечами, - даже удивительно, что ты нас не заметила.