– Опорочено? – от унижения Нихмеду не на шутку рассердился - и мгновенно понял, что гнев был не его собственный; ни один эльф не счёл бы недостойным для женщины следовать своему сердцу.
– У эльфов не так, как у людей. В её решении нет никакого бесчестья.

– Неужели? Я и не знал, что у эльфов такие свободные нравы в общении со своими женщинами, - Малик уставился в тёмный лес, бормоча что-то о том, что нет чести среди дураков.

Они миновали границу деревни, где со своих насестов на деревьях наблюдали ночные дозорные. Такари не объяснила, почему они ушли украдкой. Жители и гости Рэйтейллаэтора были вольны приходить и уходить, когда им вздумается, если только они не делали ничего, что могло бы выказать местонахождение деревни. Ни она, ни Галаэрон не отвечали и на прощальные взмахи, которые замечали по пути. Было бы абсолютно немыслимо раскрывать позиции часовых в присутствии людей.

Через сотню шагов от деревни Нихмеду спросил:

– Разве у тебя не было лошади, Малик?

– Её зовут Келда.

Малик разжал руку и показал вожжи, и тут же позади него возникла кобыла, выдыхая струи белого пара над плечом хозяина. Галаэрон оглянулся на серебристый снег и с удивлением обнаружил длинную цепочку отпечатков копыт рядом с собственными следами.

– Я начинаю догадываться, как ты прокрался в Рэйтейллаэтор, - сказал Галаэрон.
– Весьма впечатляет.

Малик пожал плечами.

– Это подарок самого Его.

– Какого такого Его?

Малик сделал вид, что не расслышал вопроса, от чего любопытство Нихмеду выросло до подозрения. Он тут же вообразил, что коротышка является агентом какого-нибудь великого архимага или беспощадного тирана - или даже самих фаэриммов - но, конечно, это было нелепо. Малик, казалось, был едва способен позаботиться о себе и своей лошади, не говоря уже о службе какому-нибудь могущественному и мерзкому господину. Такие подозрения могли быть только работой тени Галаэрона.

Они прошли в молчании ещё немного, затем Нихмеду произнёс:

– Спасибо, что вернулся и предупредил нас о бехолдерах. Если мы сможем избавить Рэйтейллаэтор от их опустошительных набегов, тебе будут благодарны все эльфы в Высоком лесу.

– Не думай об этом, - сказал Малик.
– Больших проблем не возникло. Потому что если ты не видишь человека, это не значит, что его нет рядом.

Поразмышляв над этим заявлением пару минут, Галаэрон спросил:

– Так ты был с нами всё это время?

– Чуть поодаль, - признался Малик.
– Келду всегда заставляли нервничать говорящие деревья.

– Если ты был с нами, то как узнал, что бехолдеры пробрались мимо Турланга?
– нахмурился воин.

– Я и не знаю, что они пробрались, - ответил Малик, - только то, что скоро они будут здесь.

– Откуда ты знаешь?
– Галаэрона всё это уже начало раздражать.

– Потому что помощники Турланга направили по ложному пути не всех наших преследователей, - объяснил Малик.
– Один из бехолдеров был очень красивым и хитрым. Он отстал от остальных, проник в лес чуть севернее и наткнулся на, э-э... – казалось, он боролся со словами, а затем воскликнул:

– Поистине, он был гениален! Я не увидел его, пока он не оказался на мне, уставившись всеми своими прекрасными глазами.

У Нихмеду возникло нехорошее предчувствие.

– Как тебе удалось от него сбежать?

– Я, э-э... Келда очень...
– Малик изо всех сил пытался вспомнить, потом, наконец, сдался и пожал плечами.
– Почему это так важно? Имеет значение только то, что я здесь, чтобы предупредить вас.

Тошнотворное ощущение беспокойства внутри Галаэрона превратилось в страх, и он почувствовал, как его руки сжимаются в кулаки.

– И что же случилось с бехолдером? С тем, у которого прекрасные глаза?

– Отправился вслед за другими, я думаю. Для него было бы небезопасно преследовать вас в одиночку.

Уши Галаэрона наполнил скрежет собственных зубов.

– И как ты пометил наш путь?

– Что?
– рука Малика скользнула внутрь плаща, без сомнения, потянувшись к спрятанному кинжалу.
– Ты обвиняешь меня в предательстве?

– Конечно, нет, – уверенный в том, что гнев, который он чувствовал, принадлежал равно как его тени, так и ему самому, Галаэрон напомнил себе, как в Тысяче Ликов бехолдер зачаровал Ариса. Даже если Малик и пометил след, он не отвечал за свои действия.

– Но, как ты считаешь, почему бехолдер отпустил тебя?

– Я знаю, что ты думаешь, - Малик засунул руку под тюрбан и почесал лоб.
– Не такой уж полный я дурак. Бехолдеры, само собой, хитрые и красивые создания, но я - человек огромной воли и сильного разума. Меня они никогда бы не обманули.

– О, никогда.

С этими словами Галаэрон взмахнул рукой перед лицом Малика, и, стараясь не использовать морозящую магию Мелегонта, начал заклинание, развеивающее чары.

– Колдун - убийца! – рука Малика метнулась из-под тюрбана в плащ и вынырнула с кривым кинжалом. – Заткнись сейчас же!