– Какой замечательный подарок, – улыбнулась ему Одри. – Большое спасибо тебе, Кевин.

– И у тебя теперь есть маленькая собачка, – сказала Полина. – Ну какая же она… – соседка замолчала, улыбка сошла с ее лица. – Ах, Одри, что случилось с твоими прекрасными георгинами?

– Угадайте, – Одри сурово посмотрела на Долли.

– О нет! Вот ужас… Тебе следует отучить щенка так себя вести. Посмотри, Кевин, собачка выкопала все прекрасные цветы Одри.

– И она пыталась меня укусить, – добавил он.

– Нет, милый, я так не думаю, – Полина обменялась взглядами с Одри. – Я уверена, что щенок просто хотел с тобой подружиться.

Отец Кевина ушел из семьи, как только стало ясно, что сын останется умственно неполноценным. Он жил в пятидесяти милях от них с новой семьей, и Кевин не видел его более тридцати лет.

Полина работала всю свою жизнь: убирала в домах, сидела с детьми, ухаживала за садами, стирала и гладила чужое белье. Когда в восемнадцать лет Кевин окончил специальную школу, Полина больше не могла работать вне дома. Но два года спустя ей предложили место экономки в доме недавно овдовевшего мужчины, оставшегося с двумя маленькими детьми на руках.

Как только они договорились о том, что Кевин сможет сопровождать ее на работу каждый день, Полина согласилась и проработала в этом доме десять лет. Потом дети выросли, и они больше не нуждались в Полине. Девочка, которой было сейчас чуть за двадцать, регулярно навещала бывшую экономку. С Одри они просто здоровались при встрече.

– Ты уже начала преподавать на вечерних курсах? – спросила Полина. – И как? Дело пошло?

Одри коротко рассказала ей о прошедшем уроке, оставив за скобками истерику модели, которая едва не бросила работу, не начав ее.

– Ученики кажутся довольно приятными людьми, – сказала она. – Четыре женщины и двое мужчин.

– Двое мужчин, – повторила Полина. – Как мило! Они свободны?

Одри рассмеялась:

– Вы хуже моей мамы. Один из них очень хорош собой, но слишком молод. Другой… очень молчаливый.

Конец ознакомительного фрагмента.