– Однозначно, это костер, – вглядывался Артём вдаль.

– Хорошо, что один, значит, там не так много народа, – дополнил Олег.

– Уйти, не разведав, кто там, мы не можем, – резюмировал я.

Правда, утром на разведку меня не взяли. Мы с Нахаленком остались во временном лагере, предварительно его еще замаскировав. Я лежал за каменной стенкой и разглядывал через «бойницу» местность. Нахаленок носился рядом и недоумевал, отчего такая странная игра?

– Тебя примут за дикое животное, – пояснял я. – А мне светиться не стоит.

Парни к тому месту, где ночью видели огонь, тоже двинулись обходными путями. И если по прямой идти от силы полчаса, то по большой дуге они должны были потратить не менее двух часов. Плюс столько же на обратную дорогу.

Примерно через три часа я только что не дремал, вглядываясь в узкую щель между сложенных камней. Нахаленок теперь откровенно возмущался. Ладно я сам непонятно чем занимался, но зачем посадил это «вольное животное» на поводок?

– Чтобы ты не шлялся где попало, – сообщил я. – Если приспичит быстро бежать, то я тебя ловить замучаюсь.

В общем, я продолжал смотреть и ждать. Наконец, прибежал Ванька.

– Там река небольшая, пресная вода и группа Павла! – радостно сообщил парень.

Наличие поблизости пресной воды меня обрадовало, а вот Павел со своими домочадцами – не очень. Но Ванька заверял, что опасности нет, и можно выдвигаться. Как потом оказалось, Павел с группой приплыли на плоту. Наш домик они окончательно разобрали, соорудив плавательное средство.

– Мы вас не искали, просто присматривали более приемлемый по климату регион, – пояснил Павел.

Оказалось, что последние две зимы были очень уж суровые. И если поливать огород и как-то поддерживать наличие овощей команда Павла еще могла, то со всем остальным уже не справлялась. Мяса в округе не осталось. Двое мужчин погибли на охоте в когтях хищников. Павел остался единственным добытчиком в своей команде. Был, конечно, вариант питаться рыбой. Но очень уж холодной выдалась зима. Потому народ разобрал сруб, соорудив из него огромный плот, и отправился в более теплые места.

– Пока плыли, приметили две группы неандертальцев, – рассказывал Павел. – Одна небольшая. А вторая человек сто, и тоже двигаются на юг.

– Реки они смогут преодолеть? – обеспокоился я.

– Такие, как эта? – кивнул Павел на водоем, возле которого они расположились. Вопрос отпал сам собой. Вброд здесь было от силы по пояс.

– Мамонты и еще какие-то травоядные ушли на север, – продолжал тем временем Павел.

Отчего не на юг? – встрял Ванька.

Видимо, посчитали, что на юге будет жарче и меньше травы. И, кстати, хищники как раз перемещаются на юг.

Невольная разведка, которую провел Павел со своей командой, была не только своевременна, но и полезна. Если неандертальцы дойдут до поселка, мы успеем устроить оборону. Хотя была вероятность, что они остановятся где-то раньше. В любом случае, оставлять на произвол судьбы наших соотечественников не стоило.

– Павел, ты понимаешь, что Денис вам в поселке жить не позволит? Но разместиться рядом вы вполне можете, – принял я решение.

– Мы с Олегом отправляемся на плоту с Павлом в наш поселок, там и будем решать, где дать им поселение, – дополнил Артем, обратившись ко мне. – А ты с Ванькой и Иваном вернешься по берегу.

Задерживаться дольше у реки никто не стал. Я пополнил запасы воды. Да и повел своих помощников и Нахаленка обратно. Мы торопились. В поселке мужчин почти не осталось. Не думаю, что Денис уже вернулся. Потому я подгонял парней. И на обратную дорогу времени мы потратили почти в два раза меньше. И все равно пришли позже, чем прибыл плот с группой Павла. Почти одновременно с нами в поселок вернулся Михаил. Он и начал вести предварительные переговоры.

– Вам придется пахать землю и расширять угодья, – рассуждал Михаил. – Мы можем выделить для пахоты зубров. Но перетащить их сейчас на противоположный берег нереально.

– Значит, обосновываемся на этом берегу, – не стал возражать Павел.

Потом я его еще сводил к месту, где мы сражались с неандертальцами. Лес на том участке я активно рубил. Правда, пни не корчевал.

– Меня всё устраивает, – сразу согласился Павел. – Но я так понимаю, что ждем вашего командира?

Кроме самого Павла, никто из его группы участия в переговорах не принимал. Затюкал он своих женщин и подавил своим авторитетом. Правда, малышей мы безоговорочно определили в детский сад. Пока взрослые будут обосновываться, дети побудут под присмотром. Самое интересное, что если четыре женщины из первобытного племени заметно отличались поведением, то разницы между детьми я не заметил.

– Их дети плохо разговаривают, – подразумевая первобытных, пояснял мне Алексей Иванович. – Много согласных и примерно треть от привычных нам гласных звуков. Да и сам словарный запас первобытных не более трех десятков слов.

– А нашу речь они понимают? – заинтересовался я.

– Дети, да. И даже ппытаются что-то повторить. А женщины понимают только жесты и простые приказы.

Пока особо приказывать им было нечего. Кормежку мы обеспечивали, а больше работы и не было. Все ждали Дениса.