Рядом недовольно заворочалась Джи, крепче прижимаясь к его боку. Одеяло сползло с ее плеча, Марк натянул его обратно и снова ушел в свои мысли.

Притворяясь спящей, Джи наблюдала сквозь полуопущенные веки за отражением Марка Ортиса в настенной зеркальной панели. Это было сложнее, чем обычно, но кое-какими планами он с ней все же поделился. Вот только какой их частью? И если с тем, что ее талантам не следует пропадать в Нейтральных системах, она была полностью согласна. То в остальном...

«Официальная фаворитка!» - мысленно скривилась Джи.

Это было даже обидно. Как же мелко мыслит ее отец. Фаворитка - это просто более красивое название великосветской шлюхи. Это не просто мелко - это оскорбительно! Они еще увидят, чего она на самом деле стоит! Капитан Джинна Хейс - звучит куда как лучше фаворитка Джинна Хейс, пусть и с приставкой де Фобос. Впрочем, адмирал Джинна Хейс звучит еще лучше.

Кто решил, что она не способна на это? Таланта и ума ей не занимать. К тому же умная женщина всегда сможет манипулировать мужчиной. Да так, что тот и не заметит. Причуда эволюции: самцам достались мускулы, самкам мозги. И пусть первые думают иначе, это мало что меняет для вторых.

С этими сладкими и весьма амбициозными мечтами она и заснула.

Насколько разумен человек, настолько же безумна толпа.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина

Владения дома Фобос

243 день 564 года Потери Терры.

Прижав лоб к стеклу, Марк замер, любуясь всполохами космического сияния. На боевых кораблях, да и большинстве обычных космических кораблей, нет иллюминаторов или обзорных галерей. Висельник не был исключением, но в комнате отдыха экипажа одна из стен представляла собой огромную электронную панель. Если вывести на нее данные с камер на внешней обшивке, то кажется, что за тонкой преградой находится вся необъятная бесконечность космического пространства.

В шее вновь противно кольнуло. Марк знал, что это чистая психосоматика, но машинально потер место укола. Боль прошла.

Это произошло двадцать дней тому назад. Предстоял обычный, рутинный визит в медицинскую клинику оранжевого сектора. Новая доза препарата - очередная отсрочка от смерти.

Неприятности начались, едва он устроился в привычном медицинском кресле. Сухой щелчок! Руки оказались намертво пристегнуты, не позволяя встать. Марк не успел ни удивиться, ни испугаться, ни как-то среагировать. А когда в комнату вошел невысокий мужчина средних лет, он с трудом сдержал нервную дрожь. Этого человека Марк видел всего дважды, но сразу узнал - Гилберт Райт, правая рука Джодока Дойла и глава службы безопасности «Арборвитэ».

– Привет, Марк! Мистер Дойл поручил мне провести твой дальнейший инструктаж.

На губах Райта была легкая доброжелательная улыбка, но взгляд оставался холодным и безжизненным, словно у рыбы. Очень неприятный такой взгляд, многообещающий.

Марк против воли почувствовал прилив почти животного страха. Мастер-сержант Патрик Лэйн был просто пугалом - зримым объектом для ненависти. Квинтессенцией всего плохого, что происходило с Пэ Иксами. А сейчас перед ним стоит тот, кто отдавал этому пугалу приказы.

– И для этого меня нужно было непременно связать?
– пришлось приложить некоторые усилия, чтобы голос оставался ровным, слегка удивленным, но не дрожал. Нельзя показывать его страх. Только не страх! Боишься? Значит, что-то скрываешь.

Перевернув ближайший стул спинкой к себе, Райт оседлал его.

– Нет, - отозвался он, буравя клона проницательным взглядом, - просто перед этим мне хотелось задать тебе пару вопросов.

– Мое согласие, как я понимаю, не требуется?

– Правильно понимаешь, - кивнул Райт.
– Глен, начинай!

Главный медик клиники подошел к клону и одним резким движением приложил к его шее одноразовый инъектор. Шею кольнула острая боль. От места укола по венам разлился горячий огонь, ненавистной колющей болью отозвался в висках, дошел до сердца и захватил все тело. Сознание поплыло, развалилось нa мириады oскoлкoв, смутнo знaкoмых пo oтдeльнoсти, нo никaк нe склaдывaющихся в eдиную кaртину.

Марк бессильно опустил веки и постарался расслабиться. Значит, это будет обычный допрос с помощью химии. Могло быть и хуже. Райт, как и Псих, вполне мог оказаться приверженцем «старой, проверенной временем школы».

Да, смешно было надеяться, что его не заподозрят в причастности к исчезновению Лэйна. Смешно и наивно. Он ждал чего-то подобного, но с неприятностями всегда так - сколько к ним не готовься, всегда окажешься не готов.

«Я все еще им нужен!» - пульсом отдавалась в голове спасительная мысль. И это словно прогнало туман. Сознание постепенно стало возвращать свою целостность, а то, что вместе с этим особенно остро чувствовалась боль, было даже не плохо. К ней Пэ Иксы привычны как никто другой.