Купили квартиру на 19 этаже высотного дома в центре их города Мегаколос, построили загородный двухэтажный дом, приобрели три автомобиля и каждый год выезжали на острова Великого океана - близ экватора. Вернее, вылетали. Четыре часа перелета и они уже поселялись на третьем этаже отеля со всеми удобствами, каждому предоставлялась отдельная комната с удобствами, мальчикам одна на двоих - на иное они были не согласны. Единственная помеха отдыху - Риму часто вызывали на съемки. За ней присылали небольшой самолет, она торопливо садилась, и самолет вздымал в небо, исчезая в облаках. Иногда она возвращалась в этот же день вечером, а иногда только на следующее утро. С её стороны не было жалоб на перерыв в отпуске. Работу она любила, и часто Толя слышал, как она обращалась с молитвой к неизвестному святому покровителю, благодарила за жизнь, которая у неё так удачно и удивительно сложилась. Толя не прерывал её монолог, если ей нравиться чувствовать поддержку Святого, то пусть так и будет.

Толя вошел в гостиную, Катя с Риммой накрыли на стол.

– А что мальчики?
– Спросил он, оглядывая пять розеток с салатом из свежих овощей, пять тарелок со стейками и варенным картофелем, пять чашек с куриным бульоном, посредине стола стоял графин с водой, на маленьком подносе были аккуратные куски хлеба, и в большой салатнице мелко нарезанный зеленый лук и разная зелень (Петрушка, укроп, мелисса).

– Катя уже их позвала, сейчас придут, - ответила Рима, отодвигая стул рядом с Толей. Катя улыбнулась папе и села рядом с ним с другой стороны. Послышались шаги приглушенные кавролином, в комнату вошли юноши - Пётр был чуть повыше и поплотнее в плечах, а в остальном они с Павлом почти не отличались друг от друга. Рима с удовольствием посмотрела на них, только она и Толя знали, что Пётр родился первый, но они решили никому не говорить об этом, чтобы не развивать у Петра чувство превосходства перед Павлом, а у Павла - комплекс неполноценности. Но их характеры и так определили, что один и сильнее и смелее - это Пётр, а второй осторожный, долго обдумывающий свой поступок, прежде чем решиться на его выполнение.

– Привет!
– почти одновременно сказали они, расположились на своих стульях - друг против друга, заговорщицки улыбнулись, и произнесли:

– Приятного всем аппетита.

***********

После ужина, за которым мальчики только ковырялись в тарелках, а не ели, Толя прошел следом за сыновьями в их комнату.

– Пап, ты чего?
– едва скрывая недовольство, спросил Пётр.

– Чем вы сейчас занимаетесь?
– спросил Толя, проходя в комнату. Рабочая комната мальчиков была метров 35 (квадратных), в ней имелось необходимое оборудование для лабораторных опытов и испытаний. Хотя условиями жизни на планете было запрещено иметь в домашних условиях какое-либо оборудование и материалы, позволяющие не только испытать новые приборы, но и изготовить их, родители Петра и Павла выхлопотали разрешение на часть оборудования лаборатории, а остальное мальчики собрали самостоятельно из того, что было разрешено. Начальники города Мегаколос знали об особенной одаренности юношей, и разрешили им заниматься своими изобретениями, но под полную ответственность родителей, что их занятия будут безопасны. Поэтому Пётр и Павел не имели права запретить папе входить в комнату. Они остановились в растерянности у огромного окна, завешанного темной шторой, чтобы свет из дома напротив и с рекламных щитов с улицы не проникал к ним и не мешал устанавливать необходимый режим освещения для экспериментов и фотосъемки проводимых испытаний.

Толя обошел огромную трубу, изогнутую в виде эллипса, и замкнутую в двух местах в контейнеры.

– А что внутри?

– Пустота. Хотим создать вакуум. В этих местах, - Пётр показал на контейнеры, - установлены насосы для откачки воздуха.

– Что будет потом? Будете изготавливать припой в условиях вакуума?

– Фу! Папа, - продолжал объяснять Пётр, время от времени бросая взгляды на Павла, который молчал, как будто в рот воды набрал, - это же неинтересно. Такая старина!

Толя усмехнулся, конечно, всё, что он сам знает, это уже прошлогодний снег для его сыновей. Они настолько обогнали научные достижения, известные и зарегистрированные, что сами создают то, что является фантастикой.

Толя нагнулся над трубой и постучал по ней пальцем, пытаясь по звуку определить состав металла. Звук был глухой, как у сплава, имеющего в составе много титана.

– Крепкий металл!
– сказал он.
– Выдержит большое давление изнутри. Что вы задумали?

– Нам изготовили трубу на сталелитейном заводе, удалось выхлопотать заказ от гимназии, как бы для ремонта коммуникаций в подвале. Состоит из двух частей, собрали ускоритель уже здесь, - объяснил Пётр.

– Ускоритель?
– удивленно воскликнул Толя.
– Петя, вы обманули школу. Нам всем за это будут очень крупные неприятности. Ты подумал об этом? Нас сошлют куда-нибудь подальше, где не будет квартиры на 19 этаже, загородного дома, гимназии для особенно способных детей.

– А что будет?
– спокойно, почти равнодушно спросил Пётр. А сам переглянулся с Павлом, и по их лицам проскользнула почти циничная усмешка.

– Ничего не будет. Землянка для жилья и работа в штольне для разработки ценных руд. Вот что будет. И это не смешно.

– А кто смеётся?
– дерзко спросил Павел.

– Сыновья мои, - торжественно сказал Толя, - откуда у вас цинизм? Когда вы вообразили, что являетесь незаменимыми людьми? Таких изобретателей в нашей стране не мало, и все они понимают свою ответственность перед обществом, путем напряженной работы над собой, воспитывая терпение, они добиваются признания. А вы захотели всё сразу и сейчас. Трубы срочно надо вернуть в гимназию. Я завтра же вызову транспорт и их перевезут в гимназию. Завхоз знает, что они у вас?

– Знает, - огорченно пробормотал Пётр.
– Мы уговорили его привезти трубы к нам на 2 дня. Под предлогом, что их необходимо испытать перед установкой. Он даже не заподозрил ничего. Разрешил. Пап, ну, можно мы сегодня испытаем их? Проведем маленькое ускорение маленьких частиц. Запишем результаты на видео. А завтра трубы отвезем, как ты и предложил.

Мальчики увидели, что Толя колеблется. Надо еще немножко дожать его, и он согласится на эксперимент.

– Пап, ты оставайся с нами. Ты же инженер, сразу разберешься, что к чему. Поправишь нас, если что не так, - уже доверчивым тоном сказал Пётр.

Павел стоял рядом и кивал, поддерживая Петра.

Толя понимал, что как инженер, он ясно представляет этот эксперимент с элементарными частицами. Он хорошо знает квантовую физику, хотя со времени окончания института научные достижения физиков ушли далеко вперед. А насколько вперед, он даже не знал. Он с сомнением посмотрел на сыновей: разрешит сейчас, то придется разрешать и впоследствии. А во что это может вылиться? В хаос в их работе, беспорядочное хватание то за одну идею, то за другую. Ничего не доведут до конца, и превратятся в зазнавшихся лоботрясов. Он покачал головой. Завтра трубы вернут в гимназию и уже никогда они не смогут произвести свой эксперимент. Ему стало жаль своих мальчиков. Ко всему прочему, это действительно интересно - с помощью ускорителя выделить сверх малые частицы. Как это будет здорово! Одно дело видеть это в кино, когда в огромных лабораториях происходят такие процессы, а другое дело - увидеть это у себя дома. Пётр и Павел видели, что папа вот-вот согласится.