– Красавица, может, расскажешь все же как познакомилась с нашим бравым эфириусом?

Меньше всего ей хотелось сейчас развлекать легионеров, да и не была она никогда выдающимся рассказчиком. Затянувшееся молчание прервал Луций, спасая Марию от пристальных взглядов собравшихся. Он, в отличие от девушки, прекрасно понимал причины интереса Леандра, две смерти за короткий срок, неизвестность впереди и враждебные джунгли вокруг давили бы и на сплоченный отряд, что уж говорить про их сборище, выданное Септимусу в последний момент. Лучше бойцы заснут размышляя о забавных обстоятельствах их знакомства, чем о том, что завтра могут получить копьем в живот или рухнуть в волчью яму с отравленными кольями.

– Давай лучше я расскажу, а то на девичью память полагаться нельзя, - многозначительно хмыкнул он и взял паузу.

– Не томи уже, чай не Теренций!
– подначил его Умбра.

– До Теренция мне как до Рима пешком, - хмыкнул эфириус.
– Дело было в начале лета. Все кадеты предвкушали прелести увольнительных, кто-то даже хотел добраться до родни, когда руководство Академии решило, что у нас и так хватает свободного времени, и устроило смешанные учения, причем во всех смыслах. Смешали нас не только с легионерами, но и между собой. Таким образом два десятка кадетов разного возраста оказались в Colonia a flumine Alma или CAFA, - "колония на реке Алма" тут же мысленно перевела Мария.
– Вместо преподавателей, нас повесили на эфириусов легиона, которые если и планировали заниматься птенцами, то точно на греческих календах, - он усмехнулся.
– Тут-то очень кстати подвернулся центурион Тапсенна, который по счастливому стечению обстоятельств находился в колонии и должен был начать работать в Академии с осени. Легионные эфириусы ухватились за возможность нас спихнуть, а Тапсенна за возможность поиздеваться над кадетами до начала учебного года, - в этом месте Меций подвигал бровями и зловеще сверкнул глазами.
– Однако оказалось, что у нашего будущего преподавателя в подопытных были не мы одни...

Мужчина сделал глоток из бурдюка, чтобы промочить горло. Все внимательно следили за ним и по глазам Мария увидела нешуточный интерес к истории. Интересно, Луций расскажет все с подробностями или все же что-то опустит?

– Стоим мы на плацу, центурион нас буравит взглядом, мы его, все чего-то ждут, - для драматизма он понизил голос.
– И тут из дверей казармы выбегает щуплый парнишка и становится в строй. Никто из нас его не знал, но Тапсенна заставил задохлика заниматься вместе со всеми. Конечно, после такого все из нас горели желанием выяснить, что это за клубень. Начали мы с расспросов, как обычно бывает с неоперившимися, - легионеры понимающе усмехнулись, видать были в курсе испытаний для новобранцев.
– Парнишка оказался слизняком из Университета, но вести себя как слизняк упорно отказывался. Не помог даже круг, где я решил проучить его, со сломанным носом и выбитой из сустава рукой он продолжал сопротивляться, а под конец чуть не вырвал мне кадык, вцепившись словно клещ, - Луций хмыкнул, очевидно тоже вспомнив тот кровавый эпизод их первого знакомства.
– Потом мелкого выпустили из лазарета и он стал заниматься наравне со всеми. Думаю, вы все уже догадались, что тем задохликом была Квинтиус.

Луций усмехнулся и обвел взглядом слушателей призывая оценить историю.

– Нет-нет-нет!
– разочарованно протянул Умбра.
– Так не пойдет! Самое интересно-то зажал! Значит, вы думали, что она парень, так?

– Именно, - подтвердил Меций.

– Подробности! В них же самый сок, - не унимался Леандр.

– И какие же подробности тебя интересуют?

– Бытовые, - загадочно ответил тот и оскалился.
– Помыться там, побриться...

– Да с нами она ходила в душ, с нами!
– не выдержал Луций.
– Только постоянно одевалась, мы думали, может, обычай у неё дома такой или еще что...

– А лупанарий?
– на это Меций только выразительно закатил глаза.

– То есть она прошла круг?
– неверяще посмотрел на Марию Эбуций.

– Да, прошла, - подтвердил Луций, а девушка воздержалась от комментариев.

– Так что там с лупанарием?
– продолжал гнуть свою линию Умбра.
– И как вы узнали, что она на самом деле девушка?

– Сама сказала, - спокойно ответил русоволосый на второй вопрос игнорируя первый.

– И как это произошло?
– уточнил смуглолицый.

– На сегодня довольно историй, - прервал его не терпящим возражений тоном Септимус.
– Устраиваемся на ночь, первая пара на дежурство. Выполнять!

Мария обрадовалась вмешательству центуриона, уж очень дотошным оказался Умбра. И зачем ему знать такие подробности? Уже лежа на одеяле она услышала как Эбуций, устраиваясь на часах вполголоса спросил Леандра, с которым был в паре:

– Думал, ты спросишь, почему они приняли Квинтиус за парня...

– Смысл, - фыркнул тот в ответ.
– И так понятно.

– Что понятно?
– не понял тот.

– Вспомни знакомых тебе девушек. Теперь посмотри на Квинтиус, - ответом ему стало молчание.
– Вот то-то. Не удивлюсь, если боги где-то напутали и она родилась не тем, кем задумывалась. Прекращаем разговоры. Я на пост.

Против воли Мария вздрогнула от неожиданного заявления Умбры, тот сам не зная прикоснулся к её самой страшной тайне. С её душой поигрались, но не боги, а один вполне себе смертный человек, Клеарх, её первый учитель, чей номен она теперь носит вместо родной фамилии. Вполне возможно, что Марию ждало перерождение в другом теле, а, может, бесконечность в темноте и тишине... Сколько она ни пыталась, вспомнить о времени, проведенном где-то нигде в промежутке между аварией на злосчастном шоссе и первым вдохом в теле щуплой девчонки, могла воскресить только ощущения бесконечного холода и пустоты. А вот три месяца на закрытой военной базе Мария помнила замечательно, благодаря рассказу Луция перед глазами сразу встали участники тех событий: выводок кадетов, волчат и лосей в одном флаконе, красотка Таис и Вельтур, которого она даже мысленно никогда не называла центурион Тапсенна.

"Не только меня захватила ностальгия", - подумала она, увидев, что Меций умудрился снова лечь рядом с ней. Когда он повернул к ней голову и посмотрел в глаза, девушка улыбнулась и приготовилась узнать причину интереса мужчины.

– Тоже вспомнила?
– очень тихо спросил он.

– Да, - слегка пошевелила она губами.

– Значит сможешь ответить на мой вопрос?

– Смотря какой.

– Встречались ли вы еще с Тапсенной?
– ответом ему было напряженное молчание, поэтому он продолжил пристально всматриваясь в почти скрытое темнотой лицо собеседницы.
– Я знаю, между вами что-то было.