Она мягко фыркнула и отстранилась.

— О, нет. Мне не нужна защита, вампир.

Черта с два, не нужна. Будь он проклят, если позволит ей поставить себя на пути опасности, когда он был там, чтобы принять на себя первый удар.

— Мы не знаем, что там. Для тебя не безопасно бросаться в омут с головой.

На этот раз то, что слетело с ее губ, было полно скепсиса:

— Ты не знаешь, что там. Я точно знаю, с чем мы имеем дело. — Она вылетела из-за него, оставив Ронана позади. — Просто сделай мне одолжение и держись подальше от моего пути. Я не могу беспокоиться, в порядке ли ты. Понял?

Не дожидаясь ответа, она вильнула вправо, используя высокие сваи в качестве дорожки. Ее тень металась сквозь тьму изящными балетными движениями, что Ронан не мог не восхититься.

Великолепно.

Он осторожно направился вслед за ней. Потребовалось все его самообладание, чтобы Ронан позволил ей взять на себя инициативу, в то время как он прикрывал ее спину на случай засады.

Скрежет металла о металл ударил по ушам Ронана, и Найя рванула, будто выстрел, к источнику звука. Его сердце взлетело в горло, когда он вытащил Глок, который дала ему Найя и кинжал из-за пояса, пока гнался за ней, готовый убить все, что может причинить ей вред.

Даже Шелль?

Шаг Ронана дрогнул, но он держался курса. Если Шелль потерялась в искаженной магии, он будет бороться с ней, когда — и если — ему придется. Но помимо этого, его приоритетом номер один была женщина, стремглав мчащаяся навстречу опасности, будто она рисковала своей жизнью на ежедневной основе.

Впереди, на расстоянии пятидесяти ярдов, разрывая листы стали, будто это папиросная бумага, стояло существо из кошмара. По крайней мере, восьми футов ростом, с когтями-лезвиями и бритвенно-острыми клыками, тварь была не меньше человека. Или дампира. Ронан понятия не имел, на что он смотрел, но он знал, что бы это ни было, он не хотел неспешных ночных прогулок. Комки флуоресцентного цвета капали с чешуйчатой черной плоти, приземляясь на землю брызгами, когда он оставлял за собой полосу разрушения.

Одна большая рука тянулась к Найе, когти мерцали белым в лунном свете. Она пригнулась и перекатилась слева, пропуская удар. В такт движению она вынула пистолет и выстрелила три последовательных раза, которые прошли шепотом сквозь толщу воздушного океана, приглушенные глушителем. Зверь снова выгнулся от боли, он обернулся, его скорость была высока, учитывая рост и тучность. Найя выхватила кинжал из-за спины, и лезвие светилось как маяк в туманной ночи, когда она обрела свою опору и бросилась на существо, в настоящее время пытающееся оторвать ей голову.

— Найя, берегись!

Боги. Она действительно собиралась убить его, не так ли?

***

Существо, боровшееся с Найей, уже не было человеком. Черт, это уже было нечто совсем иное. С проявлением вредоносной магии, он был воплощением зла и разрушения. Сила природы сама по себе. Комки остаточной эфирной энергии текли с его кожи, приземляясь на землю большой лужей красочного света. Музыка оглушила ее. Какофония буйных звуков заставила ее мозг биться о череп, зрение было как в тумане. Даже воздух был наполнен магией, вонзаясь в ее легкие, когда она вдохнула его и с трудом пыталась выдохнуть, будто выкашливала пудинг. Она боролась с сенсорной перегрузкой, так как тварь хотела убить ее. Ее собственная магия поднялась, ее сила светилась, пылая как угли в животе. Найя сфокусировала это, наполнила силой, подпитала и повела ее по руке, как проводник, и на лезвие уже голодного кинжала.

Не волнуйся. Ты сейчас поешь.

— Найя, берегись!

Голос Ронана щелкнул, словно хлыст. Она повернулась в сторону звука, пригибаясь в ту минуту, прежде чем гигантский коготь твари ударил ее. Сукин сын.

— Аргх! — Рык вырвался из груди Найи, когда она замахнулась рукой. Сила прокатилась по ней, когда она направила магию через кинжал и разрубила руку зверя на запястье. Довесок превратился в обугленную пыль и испарился, прежде чем он упал на землю. Она ответила разъяренным рыком, когда зверь повернул к ней свою огромную пасть, открывая ее и готовясь укусить. Ее дыхание застряло в груди, когда Найя вскинула пистолет, направила левую руку и выстрелила еще три раза, что не замедлило тварь.

Дерьмо.

Из ниоткуда Ронан атаковал мапингуари, приняв его массивное тело на себя. Удары сыпались, когда он боролся, клыки оскалились, глаза светились смертоносным серебром. Добрые боги, он был великолепен. Воин, созданный, чтобы убивать. Мощные зубы твари щелкнули, и Ронан схватил его за челюсть, с криком открывая рот; его тело дрожало от напряжения, пока челюсти чудовища не выдержали и треснули.

— Убирайся отсюда, Найя!

Существо было искалечено, но Ронан не понимал, как устроить его физическую смерть. Нужна магия, чтобы изгнать магию, и единственный из них, кто имел шансов победить демона, это Найя.

Буйство звука атаковало ее уши, ноты слишком резкие, слишком плоские, бессвязные и хаотичные. Ее зрение было размыто, и кислый привкус чувствовался на языке. Если она не изгонит магию, то полностью потеряет чувства. Она будет слепа, глуха, ее конечности онемеют и будут бесполезны. И она, и Ронан, оба будут мертвы.

— Держись! — Ее сила не шла ни в какое сравнение с тем, с чем они воевали, но Ронан помогал ей, что она могла справиться. Ронан заколебался, и мапингуари отшвырнул его от своего тела. Он пролетел по изящной дуге, приземлившись на спину со стоном, который заставил сердце Найи отправиться в пятки.