Найя никогда не чувствовала себя такой чертовски бесполезной. Такой беспомощной. Что, если она ничего не сможет сделать для Ронана? Что если эта сила обречена жить в нем вечно? Ледяные осколки страха кололи грудь Найи. Женщина потянулась и взяла Ронана за руку, сжав ее. Движение было банальным, но это было единственное утешение, которое она могла предложить ему прямо сейчас.

Черт, это было единственное утешение, которое она могла предложить себе, когда ее накрывала волна страха и неуверенности.

***

Когда Найя предложила ему вену, она чуть было не сломала тот мизерный контроль Ронана над своим хладнокровием. Тьма требовала крови. И хотя Ронан всегда заботился о своей паре, когда он питался от нее, он боялся, что наступит время, когда он поддастся призывающему голосу тьмы, и истощит ее.

Отвечать за смерть своей пары — была ли пытка хуже?

Ее прикосновение было нежным, успокаивающим, когда она схватила его пальцы и слегка сжала. Когда дело касалось реликвий, Шелль была экспертом. Во всех их приключениях за Ронаном закрепилась роль качка, ну может немногим больше. Его знания были минимальны; он изучал только то, что было нужно для поиска того сокровища, которое они искали. Единственным дампиром, у которого было больше знаний о вампирах и их легендах, была Шивон, но Ронан скорее перережет себе горло, чем попросит эту гнусную женщину о помощи.

— Что мы будем делать с Полом, когда доберемся до дома? — Лус разрушила напряженную тишину. — Сейчас открыта охота на твоего вампира, за коего можно получить сто кусков золота. Когда мы прикатимся, весь квартал будет напоминать город-призрак. Что-то вроде того, как нанести поражение, доставив Пола к старейшинам драматический образом, не так ли?

— Сомневаюсь, что нам придется призывать войска, — заметил Ронан, когда они повернули за угол, после которого начинался квартал. — Похоже, они уже здесь.

— Дерьмо.

Настроение Найи вторило мыслям Ронана. Найя и Лус технически яшкались с врагом, и в настоящее время они связали лидера племени и бросили его в грузовик, что выглядело очень похоже на захват заложника. Предупреждения были сделаны, и ни что, черт побери, не сможет поколебать умы старейшин.

— Что ты собираешься делать? — спросил Ронан Найю.

— Что ты думаешь о том, чтобы позволить мне связать тебя?

Искра в ее темных глазах воспламенила кровь Ронана. Он улыбнулся, несмотря на чувство беспокойства, которое зашевелилось в его животе. Быть связанным определенно вызвало его «борись или беги» инстинкты — в основном «борись» — и он забеспокоился, что это может разбудить темноту, которую ему удалось подавить.

— Ты думаешь, что если они воспримут меня как пленного, это даст вам время?

— Более-менее. На данный момент это наш лучший шанс.

Он определенно видел достоинства ее плана.

— Без серебра.

Найя опустила глаза.

— Иначе это будет выглядеть подозрительно.

Если она свяжет его серебром, это ослабит его, и он не сможет защитить ее, если план Найи покатится в тартарары. Ронан стиснул зубы, и кончики клыков порвали нижнюю губу. Он провел по губе языком и слизнул кровь.

— Прости, Ронан. Я не знаю другого пути.

— У меня в бардачке есть золотые наручники, — предложила Лус. Они подъезжали к дому и должны были действовать быстро. — Если они думают, что он испорчен магией, золото было бы тем, чем бы ты воспользовалась, верно?

Интересно. До сих пор Ронан не рассматривал возможность того, что золото может сдержать магию внутри него. Он, подняв брови, посмотрел на Найю, как бы задавая вопрос.

— Взятие в плен точно не является частью должностной инструкции, если ты понимаешь, о чем я, — сказала Найя Ронану, когда тот наклонился к ней. — Но так как золото — проводник магии, наручники будут поддерживать чары. Пол просил меня, при случае, зачаровать золотые наручники для старейшин, чтобы те могли использовать их, если один из мужчин, член племени, совершит своего рода преступление. Они не дадут им перекинуться. Никто не должен знать, что золото не влияет на вампиров таким же образом. Ты — редкость, знаешь ли.

Найя подмигнула, и он заставил себя улыбнуться.

— Давай сделаем это. — Он протянул к ней руки ладонями вверх. — Я твой пленный.

Взгляд ее потеплел, и она не оглянулась, когда Лус вручила ей наручники из бардачка. Нежными прикосновениями она защелкнула широкие золотые кольца вокруг запястий Ронана. Когда она закончила, то наклонилась и поцеловала золото.

— Я тоже твоя пленная.

— Беее. — Лус передвинулась на свое место и повернулась, чтобы посмотреть на Найю. — Пора отбросить любовь, чика, и надеть маску злобной сучки. И тебе лучше сделать это убедительно, потому что появился Хоакин.

Мужчина занял место рядом с двадцатью людьми, собравшимися у здания старейшин. Его темные брови сильно надвинулись на глаза, а рот растянулся в жесткую линию. Руки, он сложил на груди, поставив ноги на ширину плеч. Его окружала аура того, кто обладал властью, и было очевидно, что в отсутствие вождя мужчины искали наставления у молодого парня.

— Хорошо, Лус, приготовься рвать когти. — Найя заерзала на сиденье, когда Мэнни остановил грузовик на противоположной стороне улицы. — Сделай порошок как можно быстрее и верни свою задницу сюда.