— Ты любила его? — спрашивает он, но девушка уже на той грани паники, когда окружающая действительность воспринимается весьма условно.

— Что?

— Парень, который был первым. ты была в него влюблена?

— Нет. Просто … — облизав пересохшие губы, пробормотала девушка. — Мне было шестнадцать, и все это делали.

— Это? ты боишься слова «секс», детка? Боже, ты краснеешь. — Джейсон издал гортанный звук, напоминающий смешок. Лекси открывает глаза, чтобы посмотреть на него, там, между ее раскрытых ног, в нескольких сантиметрах от … Черт, лучше бы она этого не делала. Не смотрела на него. Стало только хуже. Ее уязвимое положение, его поплывший взгляд, в котором целый ураган страстей. И, вроде бы, он не угрожала физическим насилием, не угрожал, не бил, не ставил на колени… только так ещё страшнее. Было проще стоять голой на коленях в зеркальной комнате и ненавидеть его. — Тебе понравилось? Он был на высоте? Или полный профан? — продолжил допрос Джейсон, теперь уже его пальцы поглаживали ее бедра изнутри. Чего он пытается добиться? Еще большего отвращения? Лекси злилась, и ярость нарастала с каждым его прикосновением.

— Нормальным. Он был нормальным, — ответила она быстро, наблюдая за игрой его пальцев на своей коже. — Мне не нравится это…

— Тебе не нравится, секс, вообще, или то, что я делаю?

— Хочешь поговорить? Давай сядем и поговорим. — Лекси приподнялась на локтях, заглядывая ему в лицо. Вместо ответа Джейсон прижался губами к ее бедру, провел ими вниз, почти до ее беззащитного лона и вернулся обратно.

— Мы разговариваем. Я понял, что первый парень был полный отстой. А что со вторым? — хрипло спрашивает Джейсон, и его пальцы касаются ее там… мгновенно находят клитор и мягко нажимают… Девушка дергается всем телом, пытаясь сжать бедра, вырваться. В глазах нарастающая паника.

— Шшш, — он крепко держит ее, и в тоже время его действия нельзя назвать насилием. Не над телом. Над ее личностью, душой. — Не нужно так бояться, Мария. Если будешь брыкаться, то пальцы заменят мои губы. Ты хочешь, чтобы я это сделал? Наверно, это будет честно, после того, как ты дважды отсосала у меня.

— Нет, не нужно, — испуганно трясет головой девушка.

— Так что со вторым?

— Он был женат. Я не знала. Мы расстались… Хватит, Джейсон, — ее губы задрожали, когда он продолжил шарить у нее между ног, в глазах девушки сверкнули слезы.

— Расслабься. Тебе это нужно, девочка. Так, почему ты рассталась со своим вторым парнем? Женатый? Ерунда какая. Хотя если ты такая принципиальная, то почему не проверила паспорт, прежде чем ноги раздвинуть.

— Привыкла доверять людям, — язвительно ответила Лекси.

— И куда это тебя привело? Перестань сопротивляться, — сцепив челюсти, прорычал Джейсон, на пару секунд показав ей уже знакомое беспощадное выражение лица. Его пальцы ритмично массировали ее клитор, и она с ужасом поняла, что ее тело уступает. Это физическая реакция на стимулирование эрогенных зон, только и всего. Но понимание прописных истин не помогло. Ее душу разъедала дикая боль и отчаянье. Удушающая волна стыда покрыла все ее тело румянцем.

— Ты получала удовольствие со своим женатым любовником?

— Хмм?

— Тебе было хорошо, когда он трахал тебя? Сколько раз за ночь он мог довести тебя до оргазма?

— Ты извращенец. Реально веришь в то, что я скажу? — шипит Лекси. Ее лицо раскраснелось, низ живота ныл от невозможного напряжения. Она пыталась бороться, отгоняя образы, которые Джейсон навязал ей. И делала это намеренно, подменяя страх возбуждением.

— Твое тело уже все сказало, детка. Ты мокрая, а значит, он был хорош. Бьюсь об заклад, что ты скучала по его члену, когда легла под третьего, чтобы забыть неудавшийся роман. Я прав?

— Я тебя ненавижу… — всхлипнула девушка и закусила губу, когда он проник в нее сразу двумя пальцами, растягивая стенки влагалища. Это не было больно. Хуже. Это было мучительно, стыдно и немного приятно…

— И все-таки я стану лучшим из всех горе-любовников, что у тебя были, — обещает Джейсон с какой-то маниакальной уверенностью. Лекси рассмеялась бы ему в лицо, не находись она на грани истерики.

— Джейсон, не так, только не так, — она цепляется пальцами за его голову, пытаясь оттолкнуть, когда он наклоняется и прижимается губами к ее клитору. Ей это почти удается. Джейсон поднимает на нее раздраженный пьяный взгляд.

— Если бы я знал, что ты не шлюха, мы начали бы именно так, — произносит он срывающимся шепотом. Поднимается на руках. Смотрит в лицо, напротив. Глаза в глаза. И ниже. Губы в губы. Почти касаясь. Она чувствует запах. Ее. И его дыхание жесткое, горячее. — Но не думай, что ты избежала бы зеркальной комнаты. Она — часть меня. И ты вернешься туда снова. Сама. И будешь смотреть в зеркала, как я имею тебя до боли, до синяков на коже, до полного опустошения, когда нет сил уже стоять, до сбитых в кровь коленей и изгрызенных губ. И будешь просить, чтобы я не прекращал, не останавливался. ты веришь мне? Зря. Это будет. И скоро.

— Ты ненормальный, если веришь в это, — хрипло произнесла девушка, упираясь ладонями ему в грудь. Каменный на ощупь, мышцы напряжены до предела.

— Расстегни, дотронься, — облизав губы, приказывает Джейсон, имея в виду свою рубашку. Лекси отрицательно качает головой.

— Ты обещал, что не будешь ничего делать.

И тут он откинул голову назад и рассмеялся. Искренне, от души.

— Я такого не обещал, — выдавливает между приступами хохота. Перекатывается на бок, вытягиваясь и с веселым выражением наблюдая за выражением облегчения на лице девушки. — Ударь меня, — произносит он чуть позже. Совершенно серьезным тоном. Она уже сидит, одергивая юбку и поправляя волосы. Почти счастлива, полагая, что домогательства с его стороны прекратились.