— Мне известно о моих агентах все, что необходимо знать, — резко перебил Хельмут, чеканя каждое слово. — Их выбрал сам Гиммлер и специально обучал, готовя к важной миссии. Так что кончайте ваши глупые инсинуации, и если я узнаю, что вы снова лезете не в свое дело, то позабочусь о том, чтобы капитан Айхайн приказал арестовать вас и судить по всей строгости закона.

— Но...

Учёный ударил кулаком по столу, пресекая этим властным жестом любые возражения.

— Я недостаточно ясно выразился, молодой человек?

Юноша огляделся по сторонам, ища поддержки у товарищей, однако те, увидев в кают-компании штандартенфюрера СС, дружно уткнулись в свои тарелки.

— Вполне ясно, герр штандартенфюрер, — ответил агент, почтительно кивнув и щёлкнув каблуками, после чего развернулся и отправился своей дорогой.

По узкому проходу, этакому позвоночнику «Деймоса», со снующими по нему вечно занятыми матросами, трое новоиспеченных нацистов держали курс к носовой части корабля. Там находилась каюта, которую, согласно званию, капитан фон Айхайн отвел Хельмуту, предварительно выселив оттуда своего старпома Карла Фромма к вящей радости вышеупомянутой троицы.

— Как прошла ночь? — спросил Райли, стараясь казаться невозмутимым.

Хельмут боязливо огляделся по сторонам.

— Прекрасно, капитан, — произнес он наконец. — Командир этого корабля — настоящий рыцарь.

— Рад за вас, Хельмут, но... я имею в виду вовсе не это.

— Я знаю, — ответил тот, пристально глядя на Алекса. — Но думаю, лучше поговорить об этом в моей каюте.

Корабль состоял из отсеков, разделенных стальными переборками, и каждые пятнадцать метров приходилось пролезать сквозь люк, который при необходимости можно было заблокировать. Они проходили через помещения с инструментами, приборами, рычагами и множеством механизмов, назначения которых они так и не смогли угадать. Даже потолок в хаотичном порядке пересекали трубы самой разной толщины, на которых через каждые несколько метров висели неразборчиво написанные разноцветные ярлыки.

На миг Райли подумал, что будет, если начать открывать все клапаны подряд: возможно, это повлечет за собой серьезные проблемы для корабля. Но в конце концов он все же отказался от этой идеи, поняв, что не зная назначения того или иного рычага, переключать их будет лишь пустой тратой времени. К тому же, пока он переключит хотя бы десятую часть всех рычагов, ему успеют пустить пулю в голову.

Очень скоро они пришли к неутешительному выводу, что потопить «Деймос» будет весьма и весьма непростой задачей.

— Корабль такой огромный, — пробормотал Джек, озираясь вокруг и полностью разделяя сомнения Алекса.

— И ничего не найдёшь, — подхватил Хельмут. — Капитан уверял, что здесь есть даже прекрасно оснащённый спортивный зал, а трюм для балласта можно использовать как бассейн.

— Вы шутите, — заметил Джек.

— Никоим образом. Он сказал, что бассейн прямо у нас под ногами, в нижнем трюме. Как мне объяснили, — продолжал он, расхаживая по каюте, — это не просто корсарский корабль, вооруженный торпедами. Поскольку он не занимается перевозкой грузов, на корабле достаточно свободного места, которое можно использовать для отдыха экипажа. Но вот нижний трюм почти полностью отдан для хранения боеприпасов и продовольствия.

— А вам не сказали, — спросил Райли, обуреваемый сомнениями с той самой минуты, как он впервые увидел «Деймос», — есть ли другие корабли, подобные этому?

Доктор Кирхнер искоса взглянул на него.

— Нет, «Фобос» и «Деймос» — единственные, — пояснил он к величайшему облегчению Алекса. — Или, правильнее сказать, были единственными. Сдаётся мне, что проект создания подобных кораблей отпал за ненадобностью после того, как появились подводные лодки — U-Boot.

— И что же случилось? — спросил галисиец. — Они решили, что подводные лодки лучше?

— Вообще-то, нет, — ответил Хельмут. — Дело в том, что вице-адмиралу Карлу Деницу из кригсмарине вдруг пришла в голову идея бросить все ресурсы, отпущенные на изготовление субмарин, на постройку «Фобоса» и «Деймоса». Он сумел убедить Гитлера, что выгоднее иметь несколько кораблей, подобных этому, бороздящих моря и вероломно нападающих на корабли Союзников, чем строить все новые и новые субмарины, которых у них уже и так достаточно.

— Будь я на месте Гитлера, он бы тоже меня в этом убедил, — проворчал Джек, опираясь рукой о стальную переборку.

— В таком случае, — не сдавался Алекс, — почему вы так уверены, что не существует других таких кораблей?

— Не думаю, что мне стали бы врать, — ответил учёный.

Пройдя чуть дальше, доктор Кирхнер остановился перед деревянной дверью и жестом пригласил их войти.

— Проходите, пожалуйста.

Переступив порог, они оказались в каюте, обставленной скромнее, чем каюта капитана фон Айхайна, но тоже просторной и роскошной.

— Не желаете выпить? — спросил Хельмут, закрывая за ними дверь. — Здесь есть небольшой бар, рядом с письменным столом.