— Ну, и что нам это дает? — вздохнул Джек спустя несколько секунд, глядя, как сотрясается крышка люка, которую упорно пытались открыть снаружи. — Это ведь не особо надолго их задержит, да? В конце концов они догадаются использовать электропилу, это лишь вопрос времени.

— Знаю, — ответил Алекс, глядя в ту же точку. — Нам остается лишь с толком использовать это время.

— В любом случае, — настаивал Джек, оглядывая просторный трюм, полный теней, — мы должны убедиться, что здесь нет другого выхода, через который они могли бы сюда проникнуть.

— Если бы он был, они уже давно были бы здесь, — возразил Райли, который после титанических усилий едва мог пошевелить рукой.

— В любом случае...

— Ну ладно, Джек. Если это тебя успокоит, давай посмотрим.

Но прежде он склонился над Хельмутом и спросил, как тот себя чувствует.

— Паршиво, — ответил тот. — Но думаю, что могу идти.

— Вряд ли это хорошая мысль.

Немец печально посмотрел на него и обречённо вздохнул:

— На самом деле это уже неважно, ведь правда?

Райли, немного поколебавшись, покачал головой.

Друзья помогли Хельмуту подняться. Стиснув зубы, он шагнул вперёд, держась за дверь, через которую они вошли.

— Где тут чертов выключатель? — спросил Джек, шаря по стене. — Я уже сыт по горло этим гребаным красным светом!

— По-моему, где-то здесь... — пробормотал Райли, ощупывая стену в том месте, где, по его мнению, должны были находиться выключатели. — Ага! Вот он.

Послышалось несколько щелчков, загудели резисторы, и под потолком одна за другой стали зажигаться лампы, озарив ярким светом самый последний отсек трюма.

Они оказались в просторном помещении, которое резко сужалось впереди, давая понять, что они в носовой части корабля. Помещение было забито трубами, рычагами, лебедками и десятками всевозможных приборов. По обе стороны отсека располагались два ряда горизонтальных стальных цилиндров полуметрового диаметра и семиметровой длины, установленных на стальных рельсах. Цилиндры были выкрашены в серый, на задних концах помещались руль и винт, а передний венчала закругленная красная головка.

— Mein Gott, — прошептал Хельмут, забыв о своей ране и делая шаг вперед. — Мы же в торпедном отсеке!

— Ну, и что нам это даёт? — спросил Джек, протягивая руку и ощупывая одну из торпед, словно поглаживал по спине спящего хищника.

— Даже не знаю, — ответил Райли, задумчиво расхаживая из угла в угол. — Мы не знаем, как их выпускают, да если бы и знали — все равно не смогли бы сами выпустить.

— Но ведь должен быть какой-то способ их взорвать? — произнес галисиец, склоняясь над снарядом и принюхиваясь к нему своим носом-картошкой. — Что, если стукнуть по ним молотком? Эти штуки детонируют от удара, ведь так?

Алекс потёр пальцами виски, пытаясь заставить свой мозг найти хоть какой-то выход.

— Это тоже не сработает. Торпеды оснащены защитной системой, которая препятствует их взрыву, пока они не отдалятся от корабля по меньшей мере на тридцать метров.

— Черт! — выругался Джек, в бессильной ярости ударив ногой по красной головке. — Но ведь что-то мы можем сделать с десятком торпед?

— Успокойся, Джек.

— Что значит — успокойся? Мы должны потопить этот гребаный корабль, прежде чем они выломают дверь! — широким жестом он обвел помещение. — У нас тут тонны взрывчатки, которую мы не можем использовать! И ты хочешь, чтобы я успокоился?

Не обращая внимания на отчаяние друга, Райли подошел к крышкам торпедных аппаратов, оснащенным непонятными клапанами и измерительными приборами.

— Если вы надеетесь затопить отсек, открыв аппараты, — прошептал Хельмут из глубины отсека, словно угадав мысли капитана, — то можете об этом забыть. Я уверен, здесь есть механизм, который этому препятствует.

Джек и Алекс повернулись к нему с безнадежным выражением на лицах.

— Ну хоть что-нибудь можно сделать? — в отчаянии спросил Алекс.

— Вы хотите взорвать корабль? — уточнил Хельмут.

— Если мы не можем уничтожить вирус, — ответил Райли указывая на запертую дверь, — не остаётся ничего другого, как любой ценой потопить «Деймос».

В ярком свете ламп они увидели, что Хельмут совсем плох. Лицо его стало совершенно белым, контрастируя с алой кровью, которая продолжала сочиться сквозь грязную повязку, стягивающую его живот. Глаза его угасали, словно две керосиновые лампы, в которых закончилось топливо.

Райли схватил его за плечи и бесцеремоннно встряхнул.