Прогуливаясь до гаража за аккумуляторной заготовкой, два интеллекта, посовещавшись, немного поменяли прежнее решение. С ослепшей Зоей финт с намоченной салфеткой и железной кружкой, вероятно, прокатил бы. Со зрячей Зоей-Мирандой проделать это намного сложнее, да и незачем: информация о разговоре с Потаповым-Завьяловым все равно останется в воспоминаниях Зои.

«Тут, Борька, лучше тайн на пустом месте не изобретать, - ворчал Лев Константинович.
– Лучше позже объясниться и даже извиниться: «Прости, голубушка, сама понимаешь - не на полянке резвимся, шкуры свои спасаем. Поговорить с носителем без твоих ушей просто-таки обязаны были». Миранда дамочка сообразительная, хоть и с норовом».

«Пожалуй, - задумчиво согласился Завьялов.
– Должна все правильно понять».

Сухенькие генеральские мышцы слегка трещали, когда тайком перетаскивали аккумулятор из гаража до кабинета. В уголок припрятывали и скатеркой накрывали.

Завьялов пошептался с Кешей, вызвал Зою-Миранду в кабинет (Иннокентий могучим завьяловским телом выход обратно перегородил) и вручил бразды правления Константиновичу.

Мысленно Борис перекрестился: каким бы опытным партизаном-подрывником генерал ни был, с электрическим разрядом шутки плохи.

Когда девушка, с доверчиво распахнутыми глазами и упрятанной внутри Мирандой, зашла в небольшую комнатушку, у Бори сердце чуть не выпрыгнуло! Такая она была мягкая, милая, трепетная... Совсем молоденькая без грамма косметики на лице.

– Зоя, нам надо поговорить, - ласково проговорил Потапов и протянул ей железную чашку с чаем.
– Садись, пожалуйста, чайку попей.

На секунду из Зои показалась, выпрыгнула диверсантка: глаза подозрительно сощурились. Но девушка уже садилась на крутящийся стул, где лежала влажная тряпка с положенными под нее проводами.

– Прости, Миранда. Поговорить нам надо без тебя.

Удар электрического разряда ударил в девушку снизу, тело дернулось, выгнулось!

Потапов моментально выдернул из розетки штепсель и перехватил падающую чашку.

– Ой...
– ничего не понимая, пробормотала Зоя, - меня как будто что-то укусило...

– Так было надо, дорогая, - тепло проговорил Лев Константинович, - прости. Попробуй прочувствовать: ты сейчас о д н а?

Глаза девушки растерянно моргнули... заволоклись слезами...

– Боже!
– простонала Зоя и, закрыв лицо руками, разрыдалась: - Боже, как же я устала от нее!

– Зоя, Зоенька, - ласково поглаживая девушку по плечу, говорил Потапов, - не надо плакать, у нас слишком мало времени, мы не знаем, когда она вернется снова.

Зоя вскинула на генерала мокрое от слез лицо.

– А нельзя меня совсем от нее избавить?! Я так устала!!

– Нельзя, Зоенька, нельзя. Мы на время оглушили Миранду электрическим разрядом, чтобы поговорить с тобой. Ты можешь разговаривать?

Зоя выпрямилась, отерла лицо ладонями и кивнула:

– Я в порядке. Спрашивайте.

– Зоя, ты можешь нам сказать, о чем думает Миранда? Ты слышишь ее мысли?

Плечи бедняжки зябко передернулись, Зоя оплела себя руками, словно спасаясь от сквозняков и внутренней стужи.

– Если бы вы знали, если бы вы могли представить, какой кошмар творится в моей голове! Лев Константинович, Борис, она совсем сумасшедшая! Она говорила, что у суицидников каша в голове, так вот она - чистейший суицидник! В голове болтанка, каша!

– Мы знаем, Зоя, знаем, - мягко произнес Потапов.
– Если она прибыла сюда убивать и готова погибнуть, она...

– Она ненормальная!
– перебивая, резко выкрикнула Зоя.
– Она постоянно думает о правительстве, религии, на все корки ругает церковников...

– Что конкретно она думает?
– попросил уточнить Лев Константинович.

– Я не понимаю, - помотала головой девушка.
– Миранда думает на непонятном языке, я улавливаю только некоторые понятия, этот язык - смесь из английского, латыни, есть даже русские слова...

– Это интерлингва, - вставил Иннокентий.
– Миранда думает на языке, не известном в этом времени.

– Хитрая зараза. Осторожная, - высказался генерал.
– Зоя, что так разозлило Миранду в церкви?

– Не понимаю, - Зоя опустила голову, помотала ею из стороны в сторону.
– Она постоянно думает о каком-то заговоре церковников и власти, теперь уже, как мне кажется, она мечтает вернуться в свое время, о чем-то рассказать общественности... Мою голову на части разрывают миссионерские желания Миранды! Она не может ни о чем спокойно думать, кроме некой новой миссии! Мне кажется, наша диверсантка обрела идею. Некий высший смысл.