Дамблдор что-то колдовал с штуковинкой, позвякивающей на одной из полок. Из под шкафа не так-то много можно разглядеть, но чуткие уши котов запоминают акустические картинки мест, где они бывают. Так вот, в звуковом “пейзаже” директорского кабинета явно произошло изменение.

Мягко полыхнуло в камине пламя - очевидно туда бросили щепотку летучего пороха.

– Северус!
– прошелестел голос директора.
– Загляни, пожалуйста, ко мне.

– Да, Альбус!
– спустя минуту откликнулся зельевар, появляясь из камина. Голос не сонный, но с явными нотками недовольства: видимо, опять полуночничал, с чем-то экспериментируя.

– Давай осмотрим твою метку. Хм, она побледнела, ты не находишь?

– Действительно, - судя по тону, гость, как и хозяин кабинета, был немало озадачен.
– С начала лета наливалась цветом и становилась рельефней, стремясь к тому состоянию, в каком была при живом Тёмном Лорде. А тут вдруг снова стала еле различимой, как тогда, в ноябре восемьдесят первого, - пробормотал Северус Снейп.
– Что же произошло?

– Думаю, у Тома Риддла появился очень опасный враг, - глухо вздохнул Дамблдор.
– Хорошо бы узнать, кто это, и какие цели преследует? Ты ведь понимаешь, что нам ни к чему вместо известного Тёмного Лорда неизвестный.

– А почему вы полагаете, что этим врагом является именно кандидат в новые властелины?
– поинтересовался Ужас Подземелий.

– Почерк. Очень характерная манера действий, - тоном знатока разглагольствовал старик.
– Расправа с Пожирателями на чемпионате мира по квиддичу была поистине ужасной. Даже, на мой взгляд, показательной. Словно кто-то громогласно дал понять, насколько опасно оказывать поддержку сошедшему со сцены лидеру. А тут вдруг неожиданная и негласная расправа над самим этим лидером, - директор откинулся на спинку кресла, пальцы отстучали короткую дробь по столешнице.
– Что, кстати, говорит о немалом опыте неизвестного - сумел ведь найти!

– Полагаю, неизвестный пока не уверен в своих силах, - предположил зельевар.
– Но цели перед собой уже видит ясно и настойчиво к ним стремится. Кто же это? Судя по эффективности действий, должен быть кто-то из старых семей. Неужели Блэк? Ведь его так и не поймали.

– Всё может быть, мальчик мой.

На этом разговор увял. Сложилось впечатление, что Дамблдор с удовольствием выслушивает любые версии, но не торопится озвучивать свои.

***

На следующий день после урока зельеварения Северус Снейп попросил задержаться Поттера и Грейнджер.

– Итак! Вы прислали мне записку с просьбой уделить вам несколько минут для приватного разговора, - произнёс он неприязненным голосом, едва последний из учеников покинул аудиторию.

– Сэр! Из разрозненных источников нам стало известно, что существует раздел магии, занимающийся воздействием на сознание, в частности на память, - без вступления начала Гермиона.
– Те, кто вырос в волшебных семьях, наверняка хотя бы фрагментарно осведомлены об этих направлениях магии, но нам, воспитанным обычными людьми, не у кого спросить ничего на затронутую тему. Не могли бы вы хотя бы намекнуть, в каких разделах библиотеки искать, и за какие термины зацепиться?

– Подробней о том, что вам известно, - нахмурился зельевар.

– Известно, что волшебники умеют стирать память, но не всю сплошняком, что превратило бы человека в овощ, а определёнными участками, - вступил в разговор Гарри.
– Известно любовное зелье, вызывающее в человеке вполне определённые намерения. Веритасерум, восстанавливающий в мозгу повреждённые или ослабленные связи и снимающий барьеры, заставляющие человека скрывать правду. Непростительное заклинание “Империус”, подчиняющее волю, “Конфундус”, сбивающий логический ход мыслей. Наконец, довелось как-то раз услышать про подсаженные воспоминания.

– В логике вам не откажешь, - с мучительной гримасой на лице выдохнул Снейп.
– Действительно, существует область магии, занимающаяся подобными темами. Но, как вы справедливо отметили, она тщательно скрывается. В первую очередь от таких недорослей, как вы, - нехорошо сверкнул он глазами.
– Будучи преподавателем, я не должен способствовать тому, о чём вы просите. Свободны.

Увы, попытка заморозить надоед голосом ни малейшего успеха не имела.

– Сэр! Но это нелогично!
– вскричала Гермиона.
– На первом курсе вы спасли Гарри от покушения Того-Кого-Нельзя-Называть, чем заслужили нашу глубокую признательность. А сейчас, в момент, когда возникла опасность, что этот… ну, которого нельзя… лазает в голову вашего студента, как в собственный карман, отказываетесь помочь!

Судя по характерным движениям губ, слова «минус пятьдесят баллов Гриффиндору» застряли у мужчины в горле.

– Я спас мистера Поттера от покушения Тёмного Лорда?
– проговорил зельевар, разглядывая собственные пальцы, барабанящие по крышке преподавательского стола. Посидев так с полминуты, он поднял взгляд и встретился с пылающим взором Гермионы.
– Не говорите ерунды, - воскликнул он.
– Это был лишь ничтожный Квиррелл. К тому же я не знал, что метлу Поттера заговаривает именно он.