– И еще пирожки с ливером. – Добавила Света.

– Что? – Не понял я.

– Так, просто. Хорошо, я готова стать помощником факера. Прости, факира. У тебя уже есть план?

– Спасибо, я в тебя верил. План простой. У тебя есть машина?

– Есть.

– Она нам понадобится.

– Амортизация будет оплачиваться?

– Только удовольствием от работы со мной.

– Вот жмот.

– Стеснен в средствах.

– Так заработаем вместе.

– Ты знаешь мое мнение об этом.

– Ты бы лучше думал о том, как честно заработать на своем даре, чем о бабах.

– Алена не баба, она фея.

Света закатила глаза под лоб.

– Хорошо, фея, но подкатить к ней с деньгами было бы вернее. В тебя она была влюблена отчасти из-за того, что ты был обеспеченный малый. Для женщины очень важно ощущение материального достатка у ее избранника. Нищету гонять и плодить с красавцем не многие захотят. Нам, бабам и феям очаг нужен нормальный, чтобы было что охранять.

– Я понял тебя, но для начала поговорю с Аленой, а ты будешь следить за моим телом, в которое вселится ее хахаль. Справишься?

– Справлюсь.

– Хорошо. – Я встал, чтобы уйти. – Я наберу тебе, как только буду готов.

– Возьми с собой плюшек, Дон Жуан хренов, смотри, как за зиму отощал.

– Спасибо, не откажусь.

На целую неделю мне пришлось заделаться детективом. Я проследил маршруты парня Алены. Он оказался до отвращения педантичным человеком. Возвращался с работы в одно и то же время, ровно час проводил у себя дома, после чего садился в свой большой джип и ехал к дому Алены. В начале поселка он заезжал в один и тот же магазин, покупал одну и ту же коробку конфет и ехал дальше. Впору ему было купить тридцать штук коробок конфет и возить их в своем джипе, чтобы хоть раз приехать на пять минут раньше. Педантичные люди не могут быть интересными, они ужасно скучные. Я думаю, знал Алену и мог предположить по ее веселому характеру, как тоскливо бывает ей рядом с таким мужчиной.

Как только я убедился в том, что могу подкараулить ее парня со стопроцентной вероятностью в нужном месте, позвонил Свете. Она взяла трубку сразу, как будто ждала звонка.

– Что, практикующий маньяк-чародей еще не отказался от своих желаний? – Съязвила Света.

– Еще нет. Знаешь поворот в коттеджный поселок на двенадцатом километре?

– Знаю.

– Буду ждать тебя там, через час.

– Хорошо, шеф. Средства самообороны брать с собой?

– Шокер есть?

– Конечно, я девушка видная, всякие липнут.

– Бери шокер, но помни, что тело принадлежит мне. Травмировать разрешаю только психику.

Света приехала даже раньше. Она припарковалась у самого поворота. Я сел на водительское место.

– Привет, красотка!

– Привет. Я что-то волнуюсь.

– Я думал, что ты не умеешь волноваться?

– Почему? Я тебе показалась слишком несерьезной?

– Нет. Ты мне показалась человеком, которого заботят другие проблемы.

– Это снаружи, изнутри меня заботит то же, что и всех. Ты мне не рассказал, из-за чего вы поссорились?

– Я подумал, что оформил права на Алену, а ей это не понравилось.

– Никому бы не понравилось.

– Я понял это только, когда для меня все поменялось.

– Ты смотрел сериал про Альфа, такого прикольного плюшевого инопланетянина?

– Смотрел. – Ответил я, не понимая, зачем она вспомнила про него.

– Знаешь, как говорят на Мэлмаке про любовь?

– Как?

– Если любишь – отпусти. Если твое - вернется. А если переедет машиной, так тому и быть.

– Машина! – Крикнул я, когда увидел знакомый черный джип, включивший поворотник. – Приготовься.

Я пристегнул себя наручником к рулю и отдал ключ Свете. Выставился в окно, чтобы увидеть мужчину за рулем джипа. При визуальном контакте связь возникала гораздо быстрее. Секундное состояние неопределенности и я очутился за рулем машины, едва не проскочив поворот. Тормоза взвизгнули, из-под колес пошел сизый дым. Я вывернул руль и заехал в поворот.

– Меня все время спрашивают, знаю ли я Тайлера Дердена? – Произнесла Света, глядя прямо в глаза Антона.

Оболочка Антона с чужим сознанием внутри зашарила глазами по машине и самой Свете.

– Что? А? Где я? – Он подергал пристегнутой к рулю рукой.

– Успокойся дорогой, у тебя опять кризис, ты давно не принимал таблетки, и у тебя опять началось раздвоение личности.

– Ты кто? – Тот, кто сидел в Антоне вопросительно уставился на Свету.

– Ох, как я устала.
– Света театрально закатила глаза и взяла себя руками за голову. – Ты задаешь мне этот вопрос по сто раз на день. Запомни или запиши себе где-нибудь, меня зовут Секлетинья, я жена твоя. Можешь звать меня просто Секля.