— Поднимись ко мне, — произнес Пэкстон, как только я вышла на патио. Я не видела его с тех пор, как ушла из его кабинета с девочками. Ждала, пока он уложит их спать, прежде чем самой пожелать им спокойной ночи. Избегать неизбежного — единственное, что мне оставалось. Нам столько нужно было обсудить, столько сказать, и все же никто из нас не знал, что и тем более как. Чем дольше я избегала видео, которое, я знала, появится у меня на электронной почте через несколько коротких минут, тем дольше я избегала «что за черт» момента. Не имело значения, сколько я уговаривала себя. Адресованные себе обнадеживающие мысли всегда сменялись полупустым стаканом.

Я посмотрела вверх, не отвечая, и развернулась. Я пошла к нему не потому, что хотела, а потому что я не хотела оставаться одна и, в какой-то мере, хотела быть с ним. Пэкстон стоял на фоне полной луны, глядя на дверь, пока ждал меня.

Я прямиком пошла к нему и уткнулась в его объятия, и все мысли исчезли. Мы простояли так несколько минут — моя голова на его груди, его губы на моих волосах, а руки вокруг моей спины. Никаких слов, просто мгновение для чего-то. Сближения? Я не знаю, что это было, но это было нужно.

Я подняла все же взгляд. Причиной тому стал щелчок в наших карманах. Я улыбнулась ему и обвинила его в робости.

— Ты ненамеренно сделал это.

— Что? Соединил наши камни? Да, намеренно.

— Уверен, что не пытался ощутить контакт?

Пэкстон был крайне настойчив в своей защите.

— Богом клянусь. В этой маленькой вещице больше магнитной силы, чем я когда-либо видел. Я почувствовал, как он движется, когда твой притянулся к нему. Я правда сделал это намеренно.

— Прости, что ударила тебя, — сказала я, касаясь подушечками пальцев небольшой шишки над его глазом.

— Было больно, — признался он, поцеловав меня в нос.

— Неженка, — подразнила я его с полуулыбкой.

— Мы сделаем это?

Я сделала глубокий вдох и снова опустила голову ему на грудь.

— Да. Мы должны.

— На улице хорошо. Хочешь сесть здесь?

Я кивнула и пошла к мягкому двухместному диванчику. Камень в моем кармане занимал мои мысли, пока Пэкстон доставал ноутбук и покрывало. Я перебирала его между пальцами, надеясь, что он поможет. Если в какой-то момент мне и нужна была магия, то этот момент настал. Небо было глубокого темно-фиолетового цвета с оттенком янтарного, воздух был прохладным. Идеально для мрачного настроения.

Пэкстон сел рядом со мной и открыл мою электронную почту. Пока ничего, но у нас еще было десять минут. Зная Ми, она не нажмет «отправить», пока на часах не будет точно то время, в которое она обещала это сделать.

— Думаешь, она отправит?

— О, да. Ми обязательно сделает то, что обещала.

— Как вообще ты познакомилась с ней?

— Я же говорила. Я пошла искать Ника, не ее. Мне просто повезло. Кстати, я хотела спросить тебя насчет школы. Разве мы не должны сделать необходимые покупки? Я даже не знаю, куда они идут.

— Они обе были там в прошлом году. Ты купила им форму в конце прошлого учебного года, сказала, что снимают с производства юбки, которые тебе нравятся, или что-то в этом роде. Во вторник мы встречаемся с учителем Роуэн.

— Да, я знаю это, — солгала я. Я отругала себя за то, что добавила еще больше ненужного хаоса в свою голову. Конечно, обо всем уже позаботились. Я никогда не встречала более организованного человека, чем я. Ну, разве что Пэкстон. Он, без сомнений, мог вести домашнее хозяйство без меня, но я определенно не хотела этого. — Я знаю по поводу чего мы встречаемся?

Пэкстон наклонился и поцеловал мои губы, изогнувшиеся в улыбке.

— Видимо, не знаешь. Они хотят снова протестировать Роуэн. Ей было невероятно скучно в садике. Они считают, что ей не нужен первый класс. Она все делает на уровне третьего.

— Да. Я знала, что эта девчонка — гений.

— Так и есть. Но не Фи, — сказал он, качая головой из стороны в сторону, улыбка появилась на его губах.

— Фи умная, — сказала я, мгновенно вставая на ее защиту.

— Фи — аферистка. Это будет сплошное удовольствие. Она не может усидеть на месте достаточно, чтобы что-то выучить.

Я засмеялась над его словами. Это была своего рода правда.

— Она аферистка с тобой, потому что ты позволяешь ей. Она сама способна надеть те узкие штанишки на ее Барби. Я говорю ей найти что-то другое, что надеть, когда она начинает ныть «я не могу», — я имитирую тот жалобный голосок, каким Офелия заставляет своего отца одевать ее Барби в сложную одежду и узкие штанишки, которые нужно натягивать по ее ногам.

— Ненавижу иметь Барби. Кому вообще пришла в голову идея с этой куклой?