«Да и катись, куда глаза глядят, маленькая неблагодарная дрянь».

По большому счету она и не была нужна ему. Конечно, Кристина кормила собаку, когда ему было не до того, но судя по полной миске, она и с этим уже не справлялась.

Потерев виски, Алекс с неохотой открыл глаза. Перед ним на столе лежала газета, которая уже не один раз попадалась ему на глаза.

«Не читайте до обеда советских газет», – всплыла в голове очень старая крылатая фраза из прошлого мира, но рука сама собой потянулась к дешевой бумаге. И тут он на секунду замер, затем всем телом рванулся к газете и вцепился в нее обеими руками. То, что он увидел, не было статьей на первой полосе. Каким-то чудом, потрепанная газета была развернута именно на той странице, где находилась небольшая заметка, приковавшая его взгляд к себе. Всего несколько строк, а сердце у Алекса уже ухнуло куда-то на дно желудка.

– Кристина! – взревел он, позабыв о той неловкой и неприятной сцене, произошедшей минутой ранее. – Кристина, собирайся! Мы уезжаем!

Но она не ответила. Алекс вырвал заметку и сунул в нагрудный карман.

– Кристина! – уже вставая с места, прокричал он опять. – Нам нужно ехать!

Алекс уже был готов поклясться, что Кристина ушла, но девчонка безмолвно заглянула на кухню.

– Я позже объясню, – примирительно сказал он, – собирайся, прошу тебя!

Сохраняя молчание, голова Кристины исчезла в проеме также плавно, как и появилась. Алекс исчез вслед за ней.

На кухне остался один лишь Губернатор, который нехотя повернул морду к миске, и начал ритмично заглатывать опостылевшую фасоль.

Плям-плям.

Испытанные методы редко дают сбой.

44(ПОСЛЕ) Куколка на полу

Джереми ворвался в комнату и оторопел. Милада, маленькая хрупкая куколка, лежала на полу. Ее выгнутое, перекошенное тело била непонятная судорога. Следом за Джереми на пороге появился Санни, но он замешкался лишь на секунду и, оттолкнув с прохода Джереми, ринулся вперед. Джереми слышал, что с Миладой случаются припадки, но он никогда не становился свидетелем этому. Закатившиеся глаза, пена из приоткрытых детских губ, нога, бьющаяся о стенку кровати, повергли его в шок. А вот Санни, казалось, видел такое уже не раз. Он схватил с тумбочки зажигалку, случайно смахнув с прикроватного столика несколько незажженных свечек, которые с глухим стуком свалились на пол, и сунул ее девочке в рот. Затем он оттянул ее от кровати и, покрепче прижав ее одной рукой к полу, уселся на нее. Лишь тогда Джереми смог выйти из захватившего его ступора.

– Эй, что ты творишь? Ты же раздавишь ее!

Но Санни, словно не слыша этого, стянул с кровати одну из плоских подушек и сунул ее малышке под голову.

– У нее эпилепсия, - резюмировал Санни, - я зажал ей зажигалкой язык, чтобы она не откусила его или не подавилась им.

– Уверен? Нам в школе говорили, что этого делать нельзя. В смысле, совать что-то в рот эпилептику...

– Хуже не будет, да и вряд ли припадок долго продлится, - с видом знатока, он одной рукой сложил руки девочки крестообразно и вцепился в них.
– Чтобы она не махала ими и не покалечилась, - объяснил он.

Джереми захотелось со всей силы ударить его по лицу.

«Как он смеет? Кто он такой? Эксперт по эпилепсии? Что-то не похоже! И вообще, это я... я ее защищаю! А ты дурак, раз совершаешь самую распространенную в этих случаях ошибку! Ты пустое место, просто тип со странностями, у которого нам пришлось заночевать!»

Лицо Джереми сделалось надменным, он скрестил руки на груди и злобно уставился на хозяина дома. Если бы он вспомнил, что на самом деле нужно предпринимать в таких случаях, то вмешался бы, оттолкнул Санни и сделал все сам. Но Джереми не помнили, поэтому решил занять место стороннего наблюдателя. Но лишь до времени...

– Мне кажется, она затихает, возможно…

Хрипящий гортанный крик растекся по тускло освещенной небольшой комнате. Санни слегка отпрянул, а Джереми подался назад.

– Оииёоооо… - прокричала она. Они переглянулись. Санни, пытаясь сохранить вид эксперта, попытался что-то сказать, но его слова потонули в очередном «Оооииёо». Стало не по себе. Голос был жутким, совсем не как у ребенка.

– Ийооооо… оооуу…

– Ты же сказал, она скоро придет в себя?

Санни лишь неуверенно глянул на него и опять сосредоточился на Миладе.

– Иёооо, - взвыла она еще громче. По телу у обоих побежали мурашки.

– Может, ей воды принести, - неуверенно спросил Джереми. Все это стало пугать его еще больше.

– Ага, можешь ее сразу в луже за домом утопить, чтобы не мучилась.

Тут она дернулась. Даже Санни, уже видавший такие припадки, ни за что бы в это не поверил, если бы не был прямым свидетелем произошедшего. Тело девочки изогнулось с такой силой, что ей удалось приподнять его на себе. Он выглядел словно наездник, пытающийся усмирить быка. Руки ее, сцепленные на груди, дернулись, и она высвободилась, раскинув их в стороны.

– Ооооиииёооо… иоооо… - мороз пошел по коже, но Санни старался не поддаться панике. Свободной рукой он попытался схватить одну из ее рук, но она опять изогнулась так, что он потерял равновесие и практически съехал на пол. Теперь только одна его нога кое-как держала ее. Зажигалку из рук он выпустил. И только в этот момент ошарашенный Джереми бросился на помощь.

«Господь Всемогущий! Да разве ж это может происходить на самом деле?»

Милада, выплюнувшая зажигалку, каким-то невероятным слиянием разных голосов во всю мощь закричала: