– Как вы можете? – заплакала Марин. – Мы же младше вас! Как вам не стыдно, а?

Преследователи взорвались хохотом. Гертон положил руку на плечо плачущей боевой подруге. Ему захотелось приобнять ее, но он не решился бы на такое и при более благоприятных обстоятельствах, будь они даже наедине. А вот Малыш Артик набрался решимости, но не на объятия, о которых, как и все остальные, тоже давно мечтал. Он был без ума влюблен в Марин, несмотря на то, что она была старше на целых два с половиной года, а это очень немало, если тебе еще не исполнилось десять.

Малыш Артик, опустился на корточки, снял кроссовку и ловко запустил вредной девчонке в бедро. Целился он в район живота, но то ли из-за сильного ветра, то ли из-за того, что рука дрогнула, кроссовка угодила ниже в область бедра. Девчонка от неожиданности вскрикнула и пнула упавшую на мост кроссовку. Повисла устрашающая тишина. Шок, в который все погрузились, как упавшее небо окутал их. Никто не ожидал такого выпада, тем более от самого младшего члена группы.

– Артик, – на выдохе прошептала Марин.

– Артур! – тоном наставника прикрикнул Гертон. – Ты что творишь?

Девчонка, не столько от боли, сколько взбешенная такой наглостью, стала испепелять их ненавидящим взглядом.

– Это будет он, – девчонка ткнула пальцем в малыша Артика. – Я хочу, чтобы это был он! – истерично взвизгнула она с упором на слово «хочу».

Лидер потянул ее за рукав спортивной летней куртки. Он что-то шепнул ей, и вероятно ожидал, что она также ответит ему шепотом. Но она былая слишком заведена.

– Мне плевать, что он совсем маленький! Он кинул в меня свой башмак! Кинул! В меня! – цедила она каждое слово.

Чтобы не потерять лицо, лидер ехидно улыбнулся и окинул взглядом своих жертв.

– Раз моя миледи желает мести, она ее получит.

Малыш Артик смотрел на мисс «драные чулки» с такой же неприкрытой ненавистью, как и она на него. Ему было уже все равно, пусть даже они избили бы его всей толпой. Глаза его застилала ярость, кровь в венах кипела.

– Ты, сопляк, – подняв руку с указующим на малыша Артика пальцем, сказал лидер преследователей, – позволил себе оскорбить мою девушку. Теперь сделаешь все, что она попросит, понял? – улыбнулся он и обернулся к промокшей девице, у которой под мокрой футболкой явно не было бюстгальтера. – Какой мести желает моя миледи?

Она приставила к лицу кулачок с оттопыренным вверх указательным пальцем, глаза ее смотрели вверх и чуть вправо.

«Будто это курица умеет думать», – усмехнулся про себя Макс.

– Он пройдет по перилам от начала и до конца, – в воздухе опять повисла удручающая тишина. Никто не понимал, всерьез она это или шутит.

– Да она совсем чокнулась! Разве ты не видишь? – возмутился все тот же парень в футболке лицея. – Да я его родителей знаю! Она вообще соображает или нет?

– И что теперь? Предлагаешь спустить ему все на тормозах?

Возмущенный происходящим парень вдруг вышел из оцепления, подошел к мальчику, взял его за руку и сказал:

– Мне плевать, мы с ним уходим. Жрите сами свое дерьмо.

Опешивший Артик пошел за ним, как щенок на поводке, изредка оборачиваясь назад, не веря тому, что происходит. И он был в этом не одинок, у всех на лицах застыл немой вопрос. Никто не понимал, что происходит. Ни одна сторона, ни другая. Тихий шум дождя прорезал очередной истерический вопль.

– И ты позволишь им уйти? После того, что он со мной сделал?

Лидер, не желая утратить свой авторитет, попытался взять ситуацию под контроль.

– Двое, – тихо и злобно произнес он. – Теперь поплатятся двое. Ты и ты! – он указал на Гертона и Кишана. – И это будет только начало!

Двое из его банды тут же скрутили ребят. Меленьких легко обидеть, и лидер шайки преследователей это прекрасно знал. Но как же приятно самоутвердится за чужой счет! Побить, сломать, нахамить! «Не можешь строить – рушь чужое» – золотое правило трудных подростков.

Гертон, будучи самым старшим в компании, все равно на несколько лет был младше своих преследователей, и пускай ростом он был почти с парня, который заломил ему руки за спину, худоба и растерянный вид выдавали в нем ребенка. Кишан же наоборот был много ниже своего мучителя и куда полнее. Он начал плакать, едва почувствовал, как ему заламывают руки.

– Это безумие, – твердым, но не настолько, насколько ему хотелось бы, голосом сказал Гертон. – Перила скользкие, мы упадем.

– Нет, не упадете, – таким же тихим и бесстрастным голосом сказал лидер преследователей, – не упадете, если хотите жить.

Но он ошибался.

***

Случилось так, что Гертон не умер в старости. Не умер взрослым. Он умер, не достигнув даже подросткового возраста, в дождливый туманный день, когда воздух кругом, казалось, вибрировал от капель дождя и выглядел, словно прозрачная рябь в телевизоре. Никто не мог поверить в случившееся.