Больше никто и никогда не разбудит меня ударами световым мечом по всему телу и пародией на голос Дарта Вейдера в исполнении детского, пищащего голоска. Никто не заберется ко мне на колени, скучая и ничего не понимая в моей работе, но тихо сидя на моих ногах, лишь бы сидеть со мной, с папой, лишь бы я время от времени целовал бы его в макушку, пока строгий голос мамы не разлучит нас, оповещая, что пора спать.

Моего сына больше нет.

Анисы больше нет.

И меня теперь тоже нет. Именно в тот поганый день, когда я появился на свет.

***

Просыпаюсь от собственного звериного воя, снова и снова испытывая ту боль, что я ощутил, когда сжал ручку Лео.

Блять, ночной кошмар. Только не снова… В этот раз я не выберусь.

К тому же, мои ночные кошмары — кошмары в реальности Аны. И мне даже немного жаль её, когда я врываюсь в её «спальню», желая стереть хотя бы из мыслей всё то, что так разрывает меня изнутри по жизни.

========== Часть 4 ==========

— Ты не хочешь позавтракать со мной, Ана? Либо тебе принесут, как всегда.

У неё такая борьба между желанием покинуть комнату и нежеланием находится рядом со мной, но первое явно побеждает, раз она кивает, вешая полотенце на крючок.

Она очень плохо вытерлась сама, по телу стекают капельки воды, и я слежу за одной, что течет от шеи до груди, прямо на торчащий от холода сосок, а потом срывается вниз, по животу до бледного, лично мной гладковыбритого лобка, и исчезает между её нежно-розовых губок.

Блять.

Поправляю член через карман спортивок и подаю ей теплый халат, что держал в руках.

— Ты когда-нибудь носила линзы?

— Нет.

— Придется начать, — подаю ей с кухонной тумбы небольшой квадратный пакет из оптики, и она кивает, рассматривает, что там внутри. — Чёрт, телефон забыл. Я сейчас подойду, кухня в твоём распоряжении.

Я никогда не забываю телефон, это проверка, что она сделает, оставшись одна. Она со мной уже неделю, я хочу понять, насколько она ещё в состоянии принимать самостоятельные решения.

По прошествии трех минут вхожу в кухню, и ожидая, и опасаясь того, что комната может быть пуста, но, к счастью, это не так. Ана раскладывает по тарелкам всё, что наготовила моя экономка, и тихо опускается за стол, ожидая меня. Неуверенная, что я позволю ей сидеть за столом.

— Приятного аппетита, — поглаживаю её по волосам и не отказываю себе в удовольствии чмокнуть её в лоб, как и перед сном.

Ана. Ани… Чёрт.

Я уже привык к ней. Она уже знает, что я могу быть даже нежным, если не бесить меня. И она определенно должна ценить то, что она уже неделю со мной, а её киска до сих пор только её.

Ана перестала плакать, она не плакала при виде меня сегодня, сегодня она даже улыбнулась, выйдя из душа, когда я зашел с халатом. Либо смирилась и приняла, либо что-то задумала, я знаю, как ведут себя зверушки. Но, раз она не сбежала…

— Наденешь сама линзы или тебе нужна помощь?

— Я постараюсь.

— Тогда иди в ванную, там удобное зеркало. Я сделаю себе кофе. Хочешь что-то?

— Нет, спасибо, сэр…

Охрана, естественно, не выпустит её даже в холл, но я всё равно немного нервничаю, подарив ей свободу перемещения по квартире.

Делаю глоток горячего, божественного напитка, но получить от него удовольствия не могу.

Да к чёрту этот кофе.

Я вхожу в ванную ровно в тот момент, когда вторая линза встает на место в глазу хорошей девочки Аны, и она часто моргает, привыкая.

— Посмотри мне в глаза.

Её голубой слишком насыщенный, карие линзы на ней цвета очень молочного шоколада, а не желанного темного янтаря, но это уже хоть что-то.

— Ты потрясающе выглядишь, Ани, — губа заживает, да и синяки начали сходить, я больше не трогал её лицо, когда проверил, что никто не подослал её ко мне, и это судьба.

— Мистер Грей, я…

— Тихо, — прикладываю палец к её пышным губам, мягко поглаживаю её круглые щеки, и прижимаю Ани к себе. — Моя Ани… Моя красивая Ани.

Её пугает такая перемена моего настроения, а меня пугает желание сжимать в своих руках эту девушку, которая так сильно похожа на мою любовь, и ни о чём больше не думать.

— Ты теперь моя Ани. Но лишь только ты снимешь линзы — ты снова Анастейша, маленькая тварь.

— Кем она была вам? Школьной любовью, что так и не дала на выпускном балу?