– На меня не смотри! Я не умею делать летучие корабли! – Замотал руками боевой маг третьего ранга, вынужденный брать свое не силой заклинаний, а контролем энергии и охватом сразу нескольких специализаций. – Тут с трофейным руководством по посохам, палочкам и жезлам то никак разобраться не получается, куда уж мне до выпускающих авиацию техномагов!

– Я умею. – Тихо и мелодично произнесла та, про кого все забыли, благо она стояла в уголке, молчала и даже не дышала, поскольку автоматронам это не требовалось. Комиссар Анна, которая с момента своего прибытия в Стяжинск беспрекословно исполняла роль ассистента и телохранителя Олега, шагнула вперед, заложив руки за спину. На её металлическом лице застыла гримаса решимости. Во внезапной вспышке озарения оракул-самоучка понял, что искусственному офицеру не очень хотелось помогать армии под командованием архимагстра, являющегося предателем государства, которому она служила. Однако же её ненависть к англичанам, которые могли скоро присоединиться к творящемуся в Китае бардаку, была намного выше. – И, кстати, это ощутимо легче, чем изготовление посохов, палочек или жезлов. Только намного-намного дольше.

– Эээ, дык? – Удивленно уставился на неё Святослав. – А, оно-того, откуда у тебя, ну, такие умения?

– Часто участвовала в абордажах и захватывала вражеские летучие корабли. Почти каждый раз после этого состояла в призовой команде и была вынуждена их системы восстанавливать чуть ли не из отдельных обломков, чтобы корабль вниз не рухнул и не разбился. Людей тогда везде не хватало, вот и пришла в голову кому-то идея обучать ремонтным работам наиболее сообразительных автоматронов. Ну а удержать в воздухе кучу хлама или поднять в воздух кучу хлама…С технической точки зрения разница не так уж и велика. Пару раз мне приходилось иметь дело со стоявшими на земле и непонятно как оставшимся одним куском развалинами, у которых заменить требовалось буквально все. – Пожала плечами стальная женщина, участвовавшая в Третьей Мировой Войне. – Я не просто так была назначена комиссаром, а за свою способность добиться выполнения поставленной задачи. Черт возьми, какие же иногда тупые кадры под моим началом оказывались! Болты закрутить еще могли, если гвозди и молотки от них подальше убрать, а вот к созданию или настройке рунного контура их и близко подпускать нельзя было. Потому приходилось некоторую работу самой делать.

– То есть ты можешь построить летучий корабль? – Уточнил Стефан, азартно потирая руки и видимо мысленно уже подсчитывая возможные барыши. В своих мечтах сибиряк татарско-польского разлива видимо уже полагал себя авиамагнатом. – Но ведь автоматроны магией не владеют и на зачарование чего-либо не способны! Или ты исключение?

– Чисто формально, я могу только собирать нужные конструкции из готовых компонентов. Да и то поскольку у меня нет такого отточенного восприятия как у профессионального мастера-артефактора, то результат получится заметно ниже среднего, хоть и рабочий. – Пожала плечами металлическая женщина – Вот только еще я до мельчайших подробностей знаю, как делать абсолютно все требующиеся для капитального ремонта материалы и заготовки. И у меня нет никаких проблем с тем, чтобы вдолбить нужную последовательность действий даже в самую тупую голову, а потом пронаблюдать за процессом изготовления, пресекая отклонения от техпроцесса и провести контроль качества получившейся детали.

Олег печально вздохнул. Из всех, кто входил в состав формирующегося вольного отряда, достойным контролем магической энергии, требующимся для создания артефактов, мог похвастаться только он. И в техномагии тоже кроме него ни один человек не разбирался выше уровня продвинутого пользователя сделанных чужими руками устройств. Следовательно, в ближайшем будущем ему предстояло много работы. Очень много, ведь требовалось успеть до того момента, когда Савва выступит вместе со всем своим воинством в поход, а иначе лицензия будет отозвана.

О том, как герой оказывается пойман с поличным, тратится на ценного специалиста и приступает к каторжному труду.

– Вы принесли деньги?

– А у вас есть товар?

Олег и низкорослый бородатый крепыш, скорее всего являющийся смеском человека и гнома, замерли друг на против друга, стараясь одновременно и как можно пристальнее рассмотреть лицо своего собеседника, и улучив секундочку зыркнуть опасливым взглядом по сторонам. Обстановка сильно располагала к осторожности. В четыре часа утра загаженный глухой переулок, находящийся почти у самого центра доков, казался абсолютно пустым и безлюдным. Однако таковым он вряд ли являлся, внутри обшарпанных и кое-где покрывшихся от постоянной сырости налетом плесени зданий наверняка имелись свои обитатели. И вряд ли особо законопослушные. Сложно сказать отчего, но подобная публика в расположенных у самой воды трущобах редкость. И потому каждый, кто по какой-то надобности оказался вынужден сунуться в такое место под покровом темноты, должен был испытывать разумные опасения если не за свою жизнь, так по крайней мере за содержимое кошелька. Если, конечно, не хочет рисковать ни тем, ни другим. Море близко, а выражение «концы в воду» отнюдь не просто так пользуется заслуженной любовью разного рода криминала.

– Ты - первый. – Проскрипел полугном, угрожающе сжавший свои напоминающие небольшие арбузы кулаки, подозрительным взором окидывая свиту боевого мага третьего ранга. Причем сложно было сказать, кто вызывал у него больше подозрений: двухметрового роста железная дама в форме военнослужащей Союза Орденов или закованный в латы и потому мало уступающий ей по массе колобкообразный Стефан. – Мало ли, может вы вообще адресом ошиблись…

– Вексель императорского банка на четыре тысячи сто пятьдесят золотых, которые получит предъявитель сего документа. – Олег аккуратно достал из-за ворота кирасы находящуюся в нагрудном кармане бумагу и с неудовольствием отметил, что та успела слегка помяться. Впрочем, пока содержащий на себе все необходимые печати и подписки документ не разорван на несколько частей, то кассир его примет без возражений. Даже если вексель окажется густо заляпан чернилами или свежей кровью. – И он твой, если конечно же ты Подпаленный Питер и у тебя есть то, о чем договаривались наши знакомые.

– Угу. – Полугном шагнул внутрь помещения через низкую узкую дверцу, которую почти полностью перекрывал своим телом. А в следующее мгновение та захлопнулась и лязгнул засов. Олег прислушался к своей интуиции, но та молчала. Секунды через три ночную темноту разрезал яркий свет, идущий из щели начавших приоткрываться ворот. Поняв, что покупатели в калитку не протиснутся, а даже если вдруг, то товар им через неё точно не вынести, Подпаленый открыл основной вход на склад, в котором работал. – Живее давайте, у нас не так много времени!

– Прямо с языка сорвал. – Буркнул Стефан, заходя внутрь строения первым. Егерь обладал невероятной для своих габаритов реакций и впечатляющим проворством, а потому в случае засады имел максимальные шансы вырваться обратно на улицу. – Заходите, тут чисто…Для свинарника.

Внутри помещения и вправду оказалось слегка грязновато, правда пол покрывали не продукты жизнедеятельности хрюшек или другого скота, а жуткая смесь уличной грязи с металлической стружкой и машинным маслом. Источником же техногенного мусора являлись расположенные тут и там остовы разнообразных машин, с которых было скручено все, что можно скрутить и срезано то, что скрутить нельзя. Также на складе наличествовали небольшой пресс, несколько станков и кузня, в которой до сих пор с вечера светились багровым угли. Горн, кстати, располагался на единственном чистом участке пола, да еще и был дополнительно огорожен трехметровой защитной полосой песка и тридцатисантиметровой высоты каменным бортиком. Освещение давала четверка неожиданно ярких магических фонарей, прицепленных по углам потолка. В дальнем углу помещения за грудой хлама, подозрительно напоминающей баррикаду, двое субъектов в плащах с капюшонами не очень усердно делали вид, будто играют в карты. Нет, засаленная колода перед ними лежала, да только пальцы людей сжимали рукоятки массивных тяжелых револьверах. Но пока оружие еще покоилось в кобурах, хоть и могло их в любую секунду покинуть.