–Ты как? – спросила я.

–В порядке вроде бы. Следую инструкциям. Пай-мальчик просто.

–Чьим инструкциям?

Лений вздохнул. В одну минуту черный свитер на нем сменился на бордово-серый с полосами.

–Не отвертишься, я уже успела заметить. Давно ты на нее работаешь?

–Достаточно давно.

Я пригляделась к Лению внимательнее. И правда, волосы чуть длиннее, сбиты костяшки на правой руке, да и глаза менее грустные.

–Тебе там хорошо?

–Я не знаю. Там люди. Вроде неплохие.

–Неужели ты себе друга нашел? – улыбнулась я.

–Не знаю. Возможно.

–А Гео? Почему ты не приходишь к нему? Только ко мне?

–Он меня не простил.

–С чего ты взял? С Ло я дружила больше, чем он. Логичнее было бы меня бояться.

–Я не боюсь его. Он просто не способен простить меня.

–За ее смерть?

–Нет. За то, что я ушел. Что не откликнулся на его просьбу. Что оставил его. А ты… Ты меня поняла.

–Да, поняла. Оставаться – слишком больно. Жить реальной жизнью – слишком больно. Поэтому тебе, как никому другому, нужен был какой-то путь. И желательно подальше от обители.

–Спасибо, Глория. Я еще зайду, можно?

–Конечно.

Не заглядывай мне через плечо! Ты все равно не можешь прочесть мой почерк! Гео, сядь ты уже наконец! Дай мне спокойно дочитать, прошу.

Мой большой живот мешал мне спокойно жить. Старший был в школе, Гео – на работе, а я лежала на диване и что-то читала. Раздался звонок мыслепортера. Я хотела встать, но чья-то рука услужливо мне его протянула. Лений! Я отключила звук и схватила его за руку.

Сразу начала озираться: пожалуй, это место было самым устрашающим. Подсознание Ления воздвигло вокруг нас полуразрушенный дом: крыши по большей части не было, некоторые стены были снесены, очевидно, взрывом, а по полу соседней комнаты были разбросаны черно-белые снимки.

Я провела пальцем по стене – он стал черным от сажи. Потом я споткнулась о лежащего на полу Ления и упала. Но приземлилась я настолько мягко, будто подо мной был пух, а не пол.

–Ты как? – спросила я.

–Все в порядке. Должно быть.

–Расскажи мне что-нибудь.

–Что?

–Просто что-нибудь. Что ты делал вчера, позавчера, неделю назад? Просто какую-нибудь историю. Давай.

–Историю? Ладно. Вчера мы с То, это мой товарищ, весь вечер жарили мясо на вертеле. На всех, представляешь? Это было очень долго, но я почему-то не заметил, как время прошло. Мы много говорили…

–О чем?

–О чем? Ох, да я сейчас и не вспомню. Просто говорили. Знаешь, так бывает, когда много и долго говоришь с человеком, а потом совершенно не помнишь, была ли какая-то тема обсуждения. Болтали и все. Ничего серьезного. Вот так вот.

–Это ли не дружба?

–Это ли? Я не знаю. Я тебе даже сейчас не скажу, что такое «дружба».

Лений сел, сладко потянулся, будто всамделишный кот, и продолжил:

–Мне тяжело сейчас с людьми. Уже второй год идет, а я все еще там. В самом начале своего пути.

–А как же инструкции?

–Мне казалось, что я знаю, куда мне нужно, поэтому я их забросил.

–Подумай еще раз. Возможно, пришло время снова к ним обратиться.

–Возможно. Прощай.

В тот раз Лений сам вытолкнул меня из своего сознания.

В смысле «Что это значит?» и «Как это возможно?» Запросто! Если он тренировался с кем-то, то освобождаться от влияния, тем более такого пассивного, как мое тогда, – это очень простая задачка. Ты вот этим заниматься не захотел, да? Не жалеешь? Нет? Уверен? Ну и бармаглот с тобой! Помнишь времена, когда ты так выражался? Нет? А вот я помню, Гео. Я все помню!

Продолжим. Ох, кажется, чего-то не хватает… Да! Я пропустила какую-то запись, сейчас вернусь. Вот она! Кхм-кхм…

Мы вернулись после прогулки с сыном. Я покормила его и отправилась спать (все еще верила в пользу дневного сна). Когда я закрывала дверь в детскую, то спиной почувствовала чей-то взгляд. Мне очень часто казалось, что за мной кто-то наблюдает, но тут это щекочущее чувство было уж слишком натуральным. Я вздохнула и медленно обернулась: опершись на противоположную стену, стоял и смотрел на меня Лений. Казалось, он улыбается одними уголками губ. Нет, мне это только показалось.

Он протянул мне руку, и я не преминула воспользоваться таким щедрым предложением. Когда я раскрыла глаза, то мне пришлось еще несколько раз моргнуть, чтобы понять, что проблема не во мне, а полутьма царит в сознании Ления. Мы были в каком-то грязноватом и неосвещенном подвале. Взглянув по сторонам, я увидела единственный источник света – высоко подвешенную лампу на ножке. Я направилась туда, но сразу же во что-то наступила.

–Ай!

–Смотри под ноги, Глория. Привет.

–Ты где?