– Ты куда?

– Пойду прогуляюсь, иди спи, – отмахнулась Алиса.

– Я с тобой! – Ульяна быстро оживилась.

– Быстро спать! – Рявкнула Двачевская.

– Ну и ладно, – девчонка отвернулась. – Подруга называется.

Алиса, всё ещё безудержно храбрая из-за чудесных свойств алкоголя, направилась прямиком в лес. Пытаясь предположить, куда ушли Лена, и Семён, она решила позвать их.

– Семён! Лена! – Алиса кричала изо всех сил. – Ладно, извините меня! Я не хотела вас обидеть!

– А как ты их обидела? – Снова раздался голос Ульянки.

– Что ты тут делаешь?! – Алиса вскипела. – Иди обратно в лагерь!

– Никуда я не пойду, давай рассказывай, – Ульянка упёрто стояла на своём.

– Времени нет тебе всё объяснять, – Алиса беспокойно смотрела в непроглядную тьму леса. – Помогай тогда их искать.

Алиса продолжала кричать и идти вперёд, а Ульянка дурачилась, поднимала камни, заглядывала за деревья и в дупла. Наконец, обе девчонки пришли к тому самому оврагу.

Двачевская уже расстроилась и решила возвращаться и звать на помощь, но неожиданно увидела на земле пионерский галстук, прямо на краю обрыва.

– Это Семёна, – Алиса подняла его с земли.

– По запаху узнала? – Захихикала Ульяна.

– Он один не умеет его вязать, – Двачевская призадумалась. – А Лена вяжет его, как удавку.

– И что ты собралась делать? – Ульяна присела рядом с подругой.

– Спущусь вниз, думаю, они там.

– Ты с ума сошла?! – Ульяна ошалело посмотрела на подругу. – Тут же высоко!

– Ничего, видали и выше, – Алиса посмотрела вниз. – Если меня долго не будет, зови на помощь. Поняла?

Улянка кивнула, а Двачевская свесила ноги над оврагом, тяжело выдохнула и начала аккуратно съезжать вниз…

***

Я проснулся от того, что Лена дёргает меня за руку, она смотрела на меня испытывающим взглядом и что-то хотела спросить.

– Семён, – она виновато забегала глазами. – Там, когда мы стояли у склона…

– Что?

– Ты сказал, что хотел, чтобы я что-то узнала, – Лена начала тяжело дышать. – И ещё много чего, про то, что Алиса для тебя не важна. Что ты имел ввиду?

Я смотрел в её большие зелёные глаза, чувствовал прикосновение её руки, тяжёлое прерывистое дыхание, слышал дрожащий голос, но даже сейчас на меня нашёл какой-то страх.

– Лена… – Снова только и произнёс я.

– Да? – Она внимательно слушала каждое моё слово.

– До лагеря у меня была абсолютно другая жизнь, если я начну про неё рассказывать, то ты не поверишь, да и не поймёшь, – я захлёбывался собственным страхом. – Я не знаю, что со мной стало бы, не встреть я тебя, возможно, я бы погиб.

Лена ещё сильнее сжала мою руку и затаила дыхание в преддверии чего-то важного. Важного для неё, важного для нас.

– Я хочу, чтобы ты знала, что я уже не могу без тебя, без твоего голоса, без твоих глаз…

– Как же тогда Алиса?

– Да при чём тут Двачевская?! – Отвернувшись, я посмотрел в окно. – Зачем ты постоянно о ней вспоминаешь?

– Потому что я вижу, что она тебе не безразлична, – Лена так же отвернулась и отпустила мою руку.

– Да с чего ты взяла. Когда я давал тебе повод так подумать?

– Постоянно, – голос Лены снова зазвучал холодно, – Когда прикрывал её перед пионерами, кормил булками, принёс водку, когда схватил её там, в лесу!

– Ты же ничего не видела! – Я немного повысил голос. – Ты надумала себе всяких глупостей и пытаешься себе доказать, что это правда.

– Хочешь сказать, она некрасивая? Хочешь сказать, что она тебе не нравится? – Она снова перевела на меня взгляд.

– Зачем ты задаёшь эти вопросы? – Теперь я развернулся к ней. – Ты ведь знаешь, что она недурна собой, но она мне не нравится, я никогда даже не думал о ней, в таком роде.

– Раз заметил, что она «недурна собой», значит, думал.

– Лена, – в который раз, я произнёс её имя. – Извини меня, если я сделал или сказал что-то не так, но я, действительно, не думал ни о ком, кроме тебя.

– Почему ты постоянно извиняешься? – Недоумевающе посмотрела она. – Ты извиняешься, когда совершишь ошибку, извиняешься, когда ничего не делаешь плохого.

– Просто, я хочу, чтобы ты меня поняла…

– А я хочу, чтобы ты меня понял, – Лена всхлипнула. – Ты говоришь мне нежности, приглашаешь куда-то, помогаешь и всем видом показываешь свою привязанность, но тут же лапаешь Двачевскую, и как я должна это воспринимать?!