Она тяжело сглотнула, когда он подошел к ней.

– Я подумал, что это должна быть твоя студия.

Андреа полностью замерла.

– Что?

– На стенах ничего нет. Мне хочется, чтобы ты их заполнила. Я знаю, ты любишь рисовать также, как и коллекционировать картины, даже, несмотря на то, что ты делаешь вид, словно тебе нет до этого никакого дела, - сказал он.
– Ты бы поставила здесь свой мольберт.
– Он указал в угол.
– Лучше всего там падает свет утром, именно когда ты работаешь. Я бы поставил длинный стол, чтобы заполнить оставшееся пространство и диваны, чтобы ты могла работать на нем, когда устанешь сидеть на стуле.

На ее глазах заблестели слезы.

– Откуда ты узнал?
– прошептала она.

– Просто я знаю тебя. Я знаю о тебе каждую мелочь, и за все это я тебя люблю. Я бы любил тебя, даже если бы ты ни разу не позволила взглянуть на твои картины. Если бы держала их спрятанными в свободной комнате в своей квартире. Под замком, как ты обычно ведешь себя по жизни, Андреа. Я бы даже сам повесил замок на эту дверь ради твоей приватности. Я знаю тебя, любимая. Теперь ты должна это понять.

Она кивнула, но ничего не сказала. Казалось, она была поражена.

– Давай жить вместе, - тихо произнес он.

– Что?
– переспросила она.

– Давай жить вместе, Андреа.

– Ты серьезно?

У нее отвисла челюсть. Она выглядела потрясенной тем, что ему этого хотелось.

– Как никогда. Ты сказала, что мне нужно доказать, что это то, чего я хочу. Ну, это то, чего я хочу.
– Он указал на квартиру.
– Мне не нужна другая женщина в моей жизни. Я не хочу, чтобы ты сомневалась в наших отношениях. Я не хочу, чтобы ты о чем-то беспокоилась. Мне просто хочется, чтобы мы были вместе.

– Тебе не…тебе не кажется, что это слишком рано?
– спросила она.

– Может быть, - ответил он, легко пожав плечами.

– Может быть, мы двигаемся слишком быстро, но мы потратили столько времени, что мне больше не хочется этого повторять.

По ее щеке скользнула слеза, а на лице появилась улыбка.

– Так это не очередная холостяцкая берлога?
– сквозь икоту, пошутила она.

– Нет, на самом деле нет, - ответил он, целуя ее остолбеневшие губы.
– Давай жить вместе. Я хочу приходить домой после долгого рабочего дня, и видеть тебя в нашей постели. Я хочу каждое утро просыпаться с тобой. Я хочу, чтобы мы разделяли пространство так же, как мы делим нашу жизнь. Я хочу, чтобы ты была здесь. Со мной. Всегда.

– Клэй, - выдохнула она.
– Мне…мне не верится, что это происходит.

– Поверь в это. Я хочу избавиться от наших квартир и продать дом.

Он притянул ее поближе.

– Давай создадим новые воспоминания, счастливые воспоминания, здесь со мной.

– Ладно, - в итоге произнесла она, словно наконец-то осознала, что он был совершенно серьезен.

– Это значит «да»?
– пошутил он.

Она встала на цыпочки и поцеловала его.

– Да, я перееду к тебе. Я хочу этого большего на свете. Давай сделаем это.

Глава 27

Остров

– Нет! Нет! Осторожно с этим!
– вскрикнула Андреа.
– Вы знаете, сколько это стоит? Я отсужу у вас все до копейки, если вы это уроните.

Грузчик уставился на нее, словно она была безумной. Клэй просто усмехнулся. Андреа была немного одержима, когда дело касалось транспортировки.

– Теперь, повесьте это здесь.
– Она указала рукой на стену.
– И вешайте аккуратно, прошу.

Парень с трудом добрался до зала, а Клэй шел за ним, когда Андреа отошла назад, чтобы изводить остальных грузчиков.

– Эй, приятель, извини за это. Она просто очень специфический человек, - сказал Клэй после того, как парень поставил картину на пол, словно это было самое драгоценное, что он когда-либо держал.

– Без обид, но ваша жена слегка чокнутая, - ответил парень.

Клэй улыбнулся и не исправил его.

– Какая есть. Но мы все любим это, разве нет?
– Грузчик пожал плечами и кивнул.
– Конечно. Такие хороши в постели.

Клэй достал стодолларовую купюру и протянул ее парню.

– Просто делайте все, что она скажет.

– Без проблем. Бесценную картину на стену - аккуратно.

– Спасибо, приятель.

Когда Андреа на чем-то зацыкливалась, все должно было быть сделано именно так, как она хотела. Как только она согласилась переехать в их новую квартиру, он узнал, что процесс перевозки вещей станет настоящим адом. Она даже не могла заснуть, пока все ее картины не были распакованы и не весели на стенах.