Подозреваю, что та глава в ее романе была довольно точной. Наши отношения были отличными и абсолютно абсурдными одновременно.

Когда я начинаю отвечать, приходит еще одно сообщение.

Принцесса: Я просто пытаюсь понять все это, вот почему я спрашиваю.

Мы с Харпер впадаем в ритм, и сообщения летят быстро и яростно.

Я: Это не были традиционные свидания с напитками, ужином и походом в кино.

Принцесса: Фу! Интересно, что это значит? Ты провел много времени в костюме, в котором был рожден?

Я: Можно сказать и так.

Принцесса: Что вы делали? Еще слишком рано о таком спрашивать? Мне интересно. Мне, правда, интересно. Ладно, возможно, еще я слишком любопытная.

Я смотрю на экран, созерцая глубину любопытства Харпер. Хотел бы я понять, почему она спрашивает — пытается понять современного мужчину, или в этом есть какой-то подтекст. Но я должен признать, что просто не знаю. И, черт возьми, если у нее на уме секс, то прямо сейчас у нас есть кое-что общее. Добро пожаловать на мою волну. Давай проведем немного времени вместе.

Я: Ты действительно хочешь знать? Хочешь представить все это?

Принцесса: Да, думаю, что да. Ты сказал, что ты — открытая книга. Я, вроде как, хочу узнать.

Я: Вроде как? Всего лишь вроде как?

Принцесса: Ладно. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочу узнать. Я очень, очень, очень хочу узнать. Сейчас ты мне веришь?

Я: Почти…

Принцесса: Я хочу понять протокол. Мне нужны пошлые подробности…

Отлично. Ей хочется мельчайших подробностей. Это моя специальность. Это я могу. Я не тот застенчивый, тихий парень, которого она знала в старшей школе. Я изучал женщин. Я узнал, что им нравится.

Начинаю печатать, рассказывая ей о холодильнике, столе, окне. Говорю, что моя бывшая любила быть связанной веревкой, шарфом и однажды поводком моего мопса. Но когда я смотрю на эти слова, то не могу отправить их Харпер. Я не могу рассказать ей, что моя бывшая любила в постели. Это неправильно по отношению к Джей, ко мне и к Харпер. Не хочу упустить этот момент, со всеми его возможностями, поэтому пишу кое-что другое.

Я: О, мисс Принцесса Любопытство… Секс — моя самая любимая тема для разговора во всей Вселенной… Но что, если мы попытаемся перефразировать это? Я счастлив ответить на этот вопрос в более широком смысле. Например, если бы ты спросила «Что тебе нравится?», я бы ответил на это.

Принцесса: Что тебе нравится?

Теперь мы чего-то достигли. И я возбуждаюсь, всего лишь думая об ответе. Сделаю это еще более возбуждающим.

Я: Представь меню в ресторане. В одном из тех небольших ресторанчиков, где есть все. Завтрак, обед, ужин, десерт, напитки, карта вин, гарниры, закуски. Я смотрю на все это. И заказываю все. МНЕ НРАВИТСЯ ВСЕ.

Принцесса: Правда? ВСЕ? Это довольно обширно. Все?

Я: Если бы мы разговаривали об этом лично, я бы провел пальцем по твоей брови, потому что знаю, что она скептически приподнята.

Принцесса: Возможно. Но «все» охватывает слишком многое. У тебя должно быть что-то самое любимое. У тебя есть любимая позиция? Предпочтение? Пристрастие?

Улыбка медленно расплывается по моему лицу по мере того, как я читаю это сообщение.

Я: « Пристрастие» было одним из ответов в воскресном кроссворде.

Принцесса: Ты разгадываешь воскресный кроссворд?

Я: Пытаюсь. Это мое пристрастие.

Принцесса: Впечатлена. Хочу увидеть готовый экземпляр. Ты разгадываешь кроссворд голым?

Я: Отвечая на твой завуалированный вопрос: на мне сейчас джинсы, боксеры и футболка.

Принцесса: Какие боксеры? Ты пахнешь, как весна?