Тискать детей. Такое незнакомое понятие для меня. Весь этот последний час прошел как будто на другой планете — Бейбиландии — и это не то место, которое я хочу посетить снова. Несмотря на это, я все еще в восторге от того, как она сумела справиться с ситуацией.

— Как ты узнала, что нужно делать?

Харпер смеется.

— Это не так сложно.

— О да, конечно, — говорю я, энергично кивая, пока мы гуляем. — Я даже не знал, что такое «Брекстон-Хикс». Я не могу даже представить, что было, когда у нее отошли воды в дамской комнате. Пожалуйста, не говори мне, на что это было похоже, — я поднимаю руку, заранее останавливая Харпер. — Я просто рад, что ты была там.

— Я тоже. Для ее же блага. И, отвечая на твой вопрос, моя подруга, Эбби, несколько лет назад посещала курсы оказания первой медицинской помощи, прежде чем начать работать няней, и она попросила меня ходить туда вместе с ней. Я подумала, что это мне не повредит, так как в силу своей работы я никогда не знаю, когда кому-то может понадобиться помощь. И это — одна из тем, которую мы изучали. Что делать, если у кого-то начнутся схватки.

— И у тебя уже была машина наготове, — добавляю я.

Она пожимает одним плечом и улыбается.

— Что касается моих удивительных навыков заказа такси в «Убер», — говорит она, и шевелит пальцами, — все это мои волшебные руки. Они довольно быстры.

Я целую ее ладонь. Затем каждую костяшку.

— Я очень люблю эти руки, — говорю я, и впервые я не вкладываю в эти слова двойной смысл. Особенно, когда переплетаю наши пальцы. — Мне нравится держать тебя за руку.

— Мне тоже, — говорит она, а затем ее глаза загораются, когда в голову ей приходит идея. — Эй! Хочешь купить подарок для Убера?

Я хмурюсь в замешательстве.

Она слегка толкает меня в бок.

— Для ребенка, глупый. Мы можем зайти в «Открытую книгу» по дороге к твоему дому.

— Давай сделаем это.

Некоторое время спустя мы проходим через входную дверь книжного магазина, и я впадаю в ступор.

Черт возьми.

Я моргаю.

Затем моргаю еще раз.

Длинные черные волосы. Светло-серые глаза. Точеные скулы. Она так же прекрасна, как и в тот день, когда я ее впервые встретил. Там, в секции любовных романов, пробегая по корешку книги красными, как пожарный гидрант, ногтями, стоит Джей Кэмерон.

Посмотрев поверх полки, она ловит мой взгляд. На ее лице появляется удивленная улыбка, и Джей Кэмерон выходит из-за стеллажа, одетая в узкие джинсы, черную обувь на каблуках и яркий красный топ.

— Ник, — говорит она томным, подходящим для ее профессии голосом. Она целует меня в щеку, и я напрягаюсь, надеясь, что ее открытое проявление нежности не задело Харпер.

— Привет, Джилиан. Как ты? — спрашиваю я, и слова выходят сухими и грубыми, когда я называю ее по имени, которым звал раньше. Я смотрю на Харпер. Ее лицо бесстрастное, ничего не выражающее.

— Замечательно. Недавно вернулась из Италии. Моя новая книга только что вышла, и завтра здесь пройдет моя автограф-сессия. Мне всегда нравилось заранее узнавать об обстановке, — она поворачивается к Харпер и протягивает руку. — Я — Джилиан. Или Джей Кэмерон. Я так рада познакомиться с тобой. Завидую твоим волосам, — говорит она, указывая на рыжие локоны Харпер.

— Я — Харпер. Завидую твоим вымышленным персонажам. Их ночи просто божественны, — говорит она, подмигивая, и я давлюсь слюной.

Святой ад. Напряжение во мне нарастает, потому что я не хочу, чтобы разговор шел в том направлении, где ее вымышленные персонажи исполняют неторопливое танго на кровати.

— Они действительно хорошо проводят время, не так ли? — Джилиан снова улыбается. — Что привело вас обоих в «Открытую книгу» сегодня?

— Харпер помогала принимать роды, — ляпаю я и хватаю ее за руку так, будто ею горжусь. А затем понимаю, что сейчас похож на Харпер рядом с Саймоном. Мой пульс учащается, потому что это слишком странно, что рядом со мной в радиусе полутора метров стоят моя бывшая и настоящая любовницы. Харпер знает обо всем, что я делал с Джилиан, благодаря ее книге, и все, что я хочу сделать, — заверить Харпер, что это ничего не значило, и никто ей даже в подметки не годится.

— Как здорово!

Харпер снова преуменьшает свою роль.

— Все, что я сделала, — вызвала такси, когда у нее отошли воды в дамской комнате.

Я качаю головой, сжимая ее руку.

— Нет, она была потрясающей. Она убедилась, что моя коллега — Серена — чувствовала себя хорошо во время поездки в больницу, и что схватки проходят нормально, — говорю я и бросаю взгляд на Харпер, пытаясь поймать ее взгляд и прочитать ее мысли, выяснить, как она себя чувствует прямо сейчас: раздражена ли она, смущена или ревнует. Я хочу сказать ей, что не думаю о других женщинах, не мечтаю о них, что она — единственная женщина, которую я хочу в любое время, в любом месте и при различных обстоятельствах вот уже несколько месяцев.